Варька

Лена на его представление отвечать не стала, выгнула бровь дугой, показывая, чтобы он продолжал.

– У меня к вам деловое предложение, – произнес мужчина, – предлагаю вам встретиться в удобное для вас время и обсудить его.

Ленка снова никаких эмоций не проявила, продолжала сидеть напротив и непроницаемым взглядом осматривать своего визави.

Мужчина слегка прищурил глаза и откинулся на спинку стула, складывая руки на груди. Замолчал, вперившись в Лену пронизывающим взглядом, тем самым показывая, что в эту игру можно играть вдвоем.

У Лены перерыв был не бесконечным, поэтому она поднялась из-за стола, снова игнорируя правила хорошего тона, по которым следовало дождаться, что мужчина отодвинет для дамы стул, растянула один край рта в усмешке и холодным голосом произнесла:

– Не интересует.

Развернулась и той самой походкой, которой пришла, отправилась прочь.

Глава 4

– Чего кипятишься, душа моя? – спросил шеф ресторана Владимир Аристархович.

Лена сидела за столом и с остервенением резала на кусочки стейк.

На кухне ресторана имелось маленькое помещение, где сотрудники могли перекусить, так, чтобы не мешаться у шефов под ногами и не раздражать своим присутствием, а то эти повара – народ творческий, с них станется и чем-нибудь острым швырнуть, попади им под горячую руку.

Владимир Аристархович был главной грозой кухни, здоровый двухметровый дядька с косой саженью в плечах и пышными усами, нагонял на подчинённых страх одним своим видом.

К Лене он благоволил, всегда готовил для нее что-нибудь вкусненькое, сетуя на ее худобу. Отношения у них складывались приятельские, и Лена входила в тот узкий круг людей, кому позволено было называть великого и ужасного шефа дядя Вова. Он и относился к ней как к племяннице.

– Раздражают такие, явился, властелин колец, – фыркнула Ленка, втыкая вилку в мясо, – считает, если есть деньги, то все можно купить.

Владимир Аристархович опустился на соседний стул, жалобно скрипнувший под его весом.

– Согласен, – сделал серьезную мину, – на деньги счастья не купишь, – и уловив одобрительный Ленкин взгляд продолжил, – но и нищета тебя капец как не осчастливит, так что если уж быть несчастным, так хоть с деньгами.

– Дядь Вов, – в сердцах бросила Ленка, – ты вот как всегда со своей философией.

– А чего ты на человека взъелась, за то, что он богат? Лена, не бывает только белое и чёрное, богатый – это не всегда равно негодяй.