Последняя воля Мистера Эддингтона

Спешно достал из потайного кармана небольшой блокнот и принялся что-то писать, иногда прерываясь на короткие раздумья. Едва старик поставил точку, раздался звонок в дверь.

«– Вернулись», – подумал мистер Эддингтон, и на старом морщинистом лице проступила легкая улыбка.

Глава I

США. Март 2015 год.

– Викки, дорогая, уже половина десятого, вставай же, наконец. Хватит валяться в постели. Ты собираешься идти на занятия?

– Ах Мери, наверняка профессор Беррингтон вновь будет рассказывать о Викторианской эпохе и о том, какое чудесное, воистину божественное провидение привело молодую Викторию к наследованию престола…

– А я думала, ты любишь его рассказы, ведь английская история – это твой любимый предмет.

– Да, так и есть. Просто, знаешь, когда я поступала на исторический факультет, уехала от семьи и друзей, чтобы учиться в лучшем университете Пенсильвании, я ожидала чего-то большего…

– Ты вечный романтик, Викки, – усмехнулась подруга. – Времена галантных джентльменов и прекрасных дам давно прошли.

Мне кажется, ты посвятила слишком много времени изучению эпохи Регентства в Англии. Эта твоя страсть к игре на фортепиано и рисование, манера выражаться… надень на тебя старомодное платье, и вот ты уже не милашка Викки, а мисс Виктория Росс, – расхохоталась подруга…

Виктория вздохнула:

– Ну да, действительно.

– О, это письмо все еще здесь! – воскликнула Мери. – Я думала, ты давно отправила его обратно, как и все предыдущие.

– Нет, я думаю открыть его.

– И что, неужто решилась пренебречь просьбой матери?

– Мне жаль его, Мери. Это уже пятое письмо. Возможно, он хочет сказать мне что-то очень важное. Знаю, мать запретила общаться с ним, не раз повторяя, что это может оказать на меня плохое влияние. Сколько себя помню, они никогда не ладили с дядюшкой из Лондона. Мама всегда выражалась довольно грубо и негативно в его адрес. Но как можно, скажи, пожалуйста, ведь он ей родной брат!

– Наверняка у нее есть на то основания, – ответила Мери, – хотя я считаю, раз уж тебе так хочется – вскрой это письмо.

В конце концов, что плохого может быть в небольшом клочке бумаги. А я побегу на занятия. Пока, увидимся вечером.

Виктория нежно потянулась, слегка высунув ногу из-под одеяла, и почувствовала, как по коже пробежали мурашки. На улице стояла ранняя весна. «Ах, как чудесно, – подумала она, медленно встав с кровати и выглянув в окно.