Это всё магия!

Путница сотрясалась от крупной дрожи; у нее зуб на зуб не попадал, и когда она попыталась что-то сказать, то получилось только неясное клацанье челюстями.

– Подожди, – попросил ее паренек, – сейчас дверь закрою, и расскажешь.

Он проводил ее к столу, посадил на свое место, а себе взял опасно пошатывающийся треногий табурет. Решив поухаживать за дамой, коих в поселке по пальцам одной руки пересчитать, Сказочник почти силком стащил с Миэн плащ и только затем обнаружил живую ношу девушки.

– Вот те на! – присвистнул он.

– Ага, – подтвердил вышеупомянутый, – сейчас, только порзень допью. И, запрокинув голову, он резкими глотками принялся опустошать свой стакан.

Миэн понятия не имела, шутили эти двое или нет, но на всякий случай покрепче прижала к себе Пифа. В отличие от хозяйки, лисенок успел немного отогреться за пазухой, поэтому первым делом начал тянуть свою любопытную мордочку в сторону заставленного яствами стола.

– Ишь какой, – просипел козопас, с интересом разглядывая необычное создание, – похож на картинки, что моя дочурка рисует. Намалюет – и на солнцепеке на лавочке где-нибудь оставит. Потом к вечеру вернется – сразу в слезы! Бумага-то выцвела. – Мужчина развел руками; его немного покачивало из-за выпитого алкоголя. – Вот и твой такой же, как будто его на солнце забыли.

Миэн ничего не ответила, только осторожно покосилась на своего спасителя, который тем временем отряхивал ее плащ в подобии коридора, где были кучей навалены похожие друг на друга здоровенные мужские сапоги.

– На, возьми мою. – Сказочник протянул девушке свою накидку, гораздо более тонкую, зато теплую и сухую.

«Спасибо», – одними губами произнесла гостья и позволила накинуть ткань себе на плечи. В животе свело от голода, она ведь не ела с самого утра, но протянуть руку за едой не было сил, и к тому же тогда не получится крепко держать Пифа.

Когда Миэн более-менее отогрелась, они вдвоем со Сказочником устроились в углу комнаты, где стояло два массивных кресла с широкими спинками и мягкими подлокотниками. Во всем домишке они были самыми примечательными и никак не вязались с остальным интерьером.

– Тебя как зовут? – Сказочник протянул девушке кружку дымящегося кофе. Она обхватила ее руками, не в силах сделать и глоточка – лишь бы не отнимать ладони от теплых бочков.

– М-Миэн.