В ритме танца любви

Разумеется, в долгу Летиция не оставалась, но Бальтазар нервировал её сильнее, чем кто-либо, а то, что ей приходилось поддерживать с ним отношения, лишь подливало масла в огонь. – Позвольте мне похитить одну из вас, – светским тоном произнёс Рауль, не отрывая взгляда от Клэр, которой с большим трудом удавалось сохранять бесстрастную маску на лице. Ему даже не потребовалось называть её имени – так красноречиво мужчина смотрел.

– Похищайте, – согласилась она, следя за тем, чтобы её голос звучал нейтрально и не срывался на хриплые нотки.

– Какие оптимистичные мысли, – Эмбриагез нежно, но прочно взял девушку за руку, перехватив у неё пакет с покупками. – Даже не надейтесь, Клэр. Мы не опоздаем, – эту реплику Рауль адресовал Летиции, с задумчивым видом наблюдающей за происходящим.

– Зайдёшь вечером? – встревожилась Леандра, придержав сына за запястье.

– Ой, ладно, ладно, бегите уже. Ты в своём репертуаре – нетерпелив до умопомрачения.

– Сама воспитала, – нравоучительно заметил Эмбриагез, на что Леандра, за неимением аргументов, только развела руками. Тем временем Клэр успела обменяться с Летицией клише «было приятно познакомиться-взаимно-до встречи», поэтому минутой позже молодые люди исчезли за поворотом.

– Вы ничего не хотите мне сказать? – первой нарушила молчание девушка, едва они завернули за угол. Рауль остановился, не отпуская её руки.

– Добрый день, Клэр. Чудесно выглядите.

– И… всё?

– Хорошая погода, – красивое лицо приняло невинно-ангельское выражение. Клэр не сдержала улыбки, хотя и с привкусом досады.

– Значит, Вы даже не намекнёте мне, куда мы идём?

– Нет, – с довольной улыбкой заявил мужчина. – Всему своё время, увидите, когда доберёмся.

Девушка не успела отвести глаза – хищный взгляд приковался к ней, странным образом воздействуя на её сердце, заставляя его умолкнуть, а потом разогнаться до немыслимой скорости за считанные секунды. Расширившиеся зрачки сверлили её двумя острыми лазерами, разогревая кровь – воистину, этот человек был рождён, чтобы им восхищались, чтобы ему поклонялись, как божеству – противостоять колдовскому взгляду было невозможно.