Оберег

– Мама…

– Послушай, после появления у нас Марка что-то произошло. Правда, я не спешу его винить. У него судьба тоже складывалась не так, как он хотел. До сих пор не знаю, кто его родители. Ты ведь тоже не знаешь?

– Не знаю.

– Это неправильно. Не могут родители так обидеться на него, чтобы со свадьбой не поздравить. Неужели, Алисонька, ты не задумывалась над этим? Или так любишь, что тебя ничто не интересует?

– Мне казалось, он уже объяснил все. Зачем сто раз спрашивать, задавать лишние вопросы.

– Доченька, вы еще совсем мало знаете друг друга. Я замечаю, как он изменился. Да, кстати, ты не знаешь, где карточка папы? Ты ее взяла?

Алиса, чтобы не расстраивать мать, сказала, что карточка у нее и быстро достала ее из сумочки.

– Вот она. Цветы папе покупала.

– Слава Богу, нашлась. Там же большая сумма накоплена. Мы мечтали ездить отдыхать, мир увидеть хотели. Ведь всю жизнь в гарнизонах провели. Ждали только, пока ты выучишься, – Надежда Сергеевна закрыла лицо руками и громко всхлипнула.

– Мамочка, не расстраивайся, – попросила дочь и отправилась за успокоительными каплями.

– Как мы дальше-то будем? Я не хочу жить…

– Что ты, мама! Так говорить грешно. Даже не думай!

Алиса обняла мать, прижала к себе, а сама еле сдерживала слезы. В это время Марк вернулся с работы.

– Опять ваши глаза на мокром месте, – увидев заплаканных тещу и жену, начал он с порога. – Сколько можно? Отца не вернуть. Пора успокоиться и продолжать жить.

Женщины переглянулись и замолчали, а Марк отправился в ванную комнату.

– Доченька, – зашептала мать на ухо дочери, – папа твой никогда не позволял себе так разговаривать со мной.

– Как?

– Грубо.

– Мама, ты стала очень ранимой, не обращай внимания. Пойдем, ужинать.

Надежда Сергеевна, с трудом передвигаясь, прошла в столовую и опустилась на стул, неподвижно глядя перед собой. Перед ее глазами все еще стоял Марк, звучали его циничные слова.

Алиса стала накрывать на стол.

– А я уже не в счет? – крикнул Марк, выходя из ванной. – Меня не приглашаешь ужинать?

– Я и пошла на кухню, чтобы тебе приготовить еду. Мама ест плохо, и только то, что доктор посоветовал, – почему-то стала оправдываться Алиса.

Надежда Сергеевна слушала и понимала: в их жизни начинаются перемены не к лучшему. Если дочь еще не замечала некоторых нюансов или старалась закрывать на них глаза, то мать их видела и остро чувствовала.