В следующем году в Иерусалиме?

Нет, пожалуй, один молодой парень стоял невдалеке и следил, как мы рассуждали, что делать: сразу идти обратно по пыли и жаре или сесть где-нибудь под деревом передохнуть и выпить водички из взятых с собой бутылок. Как говорится, у нас с собой было.

– Не могу ли я вам помочь? – спросил он по-английски, обращаясь к Кате.

– Чем вы нам можете помочь? Сад закрыт. Вы знаете, где можно перелезть через забор?

Он засмеялся:

– Знаю, но вы не полезете, наверно? Я могу вам показать Масличную гору и достопримечательности.

Мы с дочерью посмотрели друг на друга: «Пусть покажет».

Катька честно ответила, что мы живем в Холоне, здесь мы в гостях, чтобы он не думал, что нас никто не хватится, если вовремя не вернемся.

– А Вы здесь живете?

– Да, я живу в соседней деревушке, а учусь в Иерусалимском университете.

Парень был арабом, а деревушка у вершины Масличной горы, как мы прочли в путеводителе, была арабской.

– А кто ваши родители? Расскажите о себе, – попросила Катя.

И парень поведал историю своих многочисленных сестер и братьев и относительно интеллигентных родителей, кажется, отец его работал в школе. Мы тем временем по самому солнцепеку поднимались в гору. Подъем был хоть и не очень крутой, но по жаре идти по выжженной земле было не слишком приятно. Первым шел наш провожатый – без головного убора белолицый и черноволосый абориген. За ним следовала Катюша, поскольку ей он и рассказывал по-английски всякую всячину из арабской жизни.

– Мама, он нам хочет показать пещеру, где жил Лазарь.

– Лучше бы мы отдохнули и перекусили! Черт с ним, с Лазарем.

Молодежь вняла мольбам старушки, и мы, наконец, присели на колючки (другого покрытия на земле не было), вынули лепешки и воду. Парень отказался, сказал, что не ест в дороге.

На противоположном склоне холма можно было отчетливо видеть мечети и соборы Старого Иерусалима.

– Какая красотища! Потом будем вспоминать, как мы ползали по Масличной горе, да?

– Представляешь, что бы нам заявила Маринка, если бы увидела одних с арабом около арабской деревни?

– Так мы идем смотреть пещеру внутри? Вот она.

В склоне между сухих веток, если их разгрести, видна была небольшая дырка – вход в древнюю пещеру, ровесницу Христа.