Тайна за семью печатями

Только он умел извлекать вкусные косточки из уха Юва, а то из-под хвоста Гала, каждый раз заставляя пуделей долго и тщательно обнюхивать места, где хранился сюрприз, и удивляться, как это они не обнаружили его раньше. Альф и Рол тоже обожали дядюшкины фокусы, хотя он часто подшучивал над ними и в результате его волшебных манипуляций банты, которые красовались на котах в завершение их номера «Белое и чёрное», за кулисами оказывались не на шейках, а на кончиках хвостов, стоило Альфу и Ролу очутиться поблизости от дяди Вольдемара.

Альма не удержалась от вопроса:

– Почему вас всех так сложно зовут?

Юв объяснил, что звучные имена – это традиция, чтобы на афише красиво смотрелось и во время представления эффектно произносилось. И, думая, что новая знакомая специально уводит разговор в сторону, не желая сообщать страшное известие, боязливо спросил:

– Он умер?

– Нет, – уверенно ответила Альма. – Он просто без сознания.

Гал осторожно приблизился к раненому и, чуть помедлив, лизнул его в лицо.

– Откуда ты знаешь, что он просто без сознания? – расстроившись, что излюбленный собачий способ не помог, поинтересовался пудель.

– У меня имеется опыт общения с тем, кто постоянно лишается чувств, – ответила «сыщица», вспомнив, как закатываются рубиновые глазки питомца юного химика, а упитанное зеленоватое тельце опрокидывается навзничь.

– Вашему дяде Вольдемару срочно требуется помощь, – констатировала она.

В дальнем конце огорода, почти у стены дома, такого же тёмного, как и забор, Альма увидела пожилую женщину, склонившуюся над грядкой. Ловкими, почти неуловимыми движениями рук та выпалывала сорняки. В первое мгновение овчарка даже подумала, что снова переместилась во времени и нет никакой войны. Однако затем она расслышала, как женщина тихо причитает на каком-то мягком, певучем наречии: «Ах ты мой божечка, вось бяда!», а сама всё дёргает и дёргает только ей видимую траву.

Она негромко заскулила, чтобы привлечь внимание и в то же время не напугать женщину видом незнакомой собаки. Та обернулась, потом с тяжёлым вздохом поднялась и подошла к изгороди.

– I што ты скуголiш? Чаго табе трэба? (И что ты скулишь? Чего тебе нужно? – белорус.