Похмелье после вчерашнего

Причем спокойнее не только за самого Фредди, но и за домашнее имущество – погромы, которые пес устраивал в квартире, не радовали ни ее, ни мужа. Кире даже пришлось сделать одно нерадостное открытие: ее пес и правда вел себя временами как Фредди Крюгер. Он кромсал своими мелкими зубами все подряд, и при этом чувство вины ему было совершенно незнакомо. Ну что такое туфли от Кристиана Лубутена?! Ничего особенного. Вкус самый посредственный! Стоило ли поднимать такой шум из-за какой-то красной подошвы? Ему, вообще-то, наплевать, сколько стоят такие туфли.

А ей, Кире, давно следовало уяснить – не в деньгах счастье. А счастье в нем, во Фредди.

И Кира вынуждена была соглашаться со своим любимцем – это было действительно так.

Зато на работе бультерьер вел себя образцово. В основном лежал у ее ног и дремал, но порой (чаще, когда к ней заходили посетители мужского пола) демонстрировал и крайне неприличное поведение: рычал, бросался на неприятных чужаков с грозным тявканьем. Но это лишь в тех случаях, когда посетители Киры начинали в споре повышать голос.

Не на нее – боже упаси! – друг на друга. А Кира торжествовала: защитник подрастает.

Она совершенно неосознанно стала относиться к нему не как к собаке, а как к ребенку. Сюсюкалась с ним, потакала во всем. И совершенно не могла на него сердиться.

А вот муж придерживался строгой системы воспитания и приучал Фредди к командам, был строг и драл за уши, если что. И щенок безоговорочно признавал авторитет Олега – правда, по-своему. Потому что, как бы строго и с каким бы терпением муж его ни воспитывал, Фредди все равно при любом удобном случае с радостью демонстрировал окружающим свою скрытую хулиганскую сущность.

Олег уходил на работу рано утром (обычно он выгуливал Фредди спозаранку) и возвращался с работы таким уставшим, словно отработал смену в забое, а не в адвокатской канторе. Но стоило ему только увидеть Фредди, летящего навстречу с радостным собачьим ликованием, как его усталость испарялась без следа.

Просто удивительно, до какой степени они полюбили друг друга – Олег и бультерьерка.

Кира временами даже завидовала их дружбе, но не ревновала. Не хватало еще мужа ревновать к собаке. Мало, что ли, ей женщин? Мало, что ли, ей Розы Ветров?..

Нет, сейчас Кира наотрез отказывалась кого-нибудь к кому-нибудь ревновать. Ни мужа к собаке, ни собаку к мужу. Ревность унижает. Так говорила мама во времена, когда Кира была еще девочкой. Но у мамы вряд ли были поводы к кому-либо ревновать отца.