Похмелье после вчерашнего

– Кира, Кира, – покачал он головой, – ты что, не знаешь, что собака без родословной – это все равно что обычная дворняжка? Ты хотя бы представляешь, какую роль играет наследственность? Нельзя дарить щенков просто так, взяв их неизвестно где. Нужно покупать у надежных заводчиков.

– Ой, Олег, я тебя умоляю, не будь таким снобом! – воскликнула Кира с нервным смешком. – Заводчики, родословная. Да я рада была бы и дворняжке. Только мне и в голову не приходило, что мы можем завести собаку.

– Ладно, не будем об этом, – согласился Олег со снисходительной улыбкой.

Кира нерешительно взглянула на бультерьера. Олег заметил этот взгляд.

– Хорошо… – кивнула она и отошла к холодильнику, чтобы достать помидоры и перец для салата.

Отчего-то она почувствовала угрызения совести. Муж сегодня ее удивлял: как легко он повелся на ложь! Она и не подозревала, что Олег настолько наивен.

Кира перевела взгляд на щенка. Бультерьерка растянулся у ног мужа и время от времени умильно зевал, широко раскрывая свою пасть с розовым рифленым небом.

Олег почесал у щенка за ухом:

– Ну что, молодой человек, теперь я сам, лично займусь вашим воспитанием. Вас баловать никак нельзя.

– А почему это ты? – удивленно приподняв бровь, с коротким смешком спросила Кира.

Олег привлек ее к себе на колени:

– А ты справишься? Достаточно ли у тебя авторитета для такой грозной собаки?

Кира засмеялась.

– Ты что, во мне сомневаешься? Думаешь, щенок будет мной манипулировать так же, как ты?

– Это я тобой манипулирую? – с притворным возмущением воскликнул Олег. – Да это ты, ты из меня веревки вьешь! Из-за кого я сегодня упустил столик в одном из лучших ресторанов города и лишился праздничного ужина? А я, между прочим, надеялся… на сладкое.

– О!.. На сладкое? – переспросила Кира, никак не ожидавшая, что муж заговорит с ней в игривом тоне. – Ну… дорогой, сладкое… сладкое… будет после ужина.

– А ужин? – спросил Олег уже совершенно по-будничному.

– Ужин сейчас быстренько приготовлю, – сказала Кира и машинально поднесла руку к волосам – они еще были влажными после душа.