Ледяное пламя 3

Не стоило прерываться из-за меня.

– Благодарю, Ваше Высочество, – кивнула Мерида. Её глаза настороженно сузились, видя, с каким трудом присаживается в кресло Алита, как она кривится и прижимает ладонь к животу. – Как ваше самочувствие?

– Ну… Я… Немного устала, но мне очень хотелось повидать вас, – принцесса постаралась говорить энергично и бодро. Вышло не так, как хотелось. – Как ваша нога?

– Сегодня я смогла самостоятельно встать с кровати. Однако чтобы добраться сюда, мне всё же потребовалась посторонняя помощь, – Мерида улыбнулась.

– О, есть над чем подумать, – Алита глянула в доброе покрытое морщинами лицо собеседницы и начала говорить. Ещё никогда в жизни она так ни с кем не делилась своими переживаниями, как сейчас. Мерида не перебивала, слушала и кивала, изредка говорила слова поддержки. Даже в ее молчании и сдержанности прослеживалась искрянняя забота и понимание, которые так сейчас необходимы были ледяной драконице.

Когда принцесса закончила, на её щеках образовались мокрые дорожки.

Мерида, опираясь на подлокотники, поднялась с места, подошла к ней и, нагнувшись, обняла. От этого Алите вдруг захотелось разреветься ещё сильнее. Чтобы сдержать порыв, она стиснула драконицу посильнее и уткнулась женщине в грудь. Отчего-то эти объятия показались ей по-матерински нежными.

За душевной беседой время пролетело незаметно. Дело шло к ужину. Мерида отправилась на перевязку, а принцесса решила, что хочет поесть в своей комнате, дабы сразу прилечь. Она утомилась, сидя в импровизированной детской, хотя наблюдать за веселившимися ребятишками ей понравилось. Принцесса почитала им сказку и даже поиграла в угадайку. Это развеселило её на какое-то время.

Однако драконица покидала зал в грустном настроении. Непрошеная мысль закралась в голову: если ей не удастся излечиться полностью, то у неё никогда не будет собственных детей… От воспоминаний о том самом черном сгустке внутри к горлу подступала тошнота.

В коридоре перед лестницей Алита встретила Кристофера. Он что-то обсуждал с Мартином. Оба улыбнулись ей, а гвардеец вновь поблагодарил за лечение. Голова его до сих пор была обмотана бинтами, скрывавшими рану. На ум пришли слова Ясмины о том, как принцессе удалось совершить чудо и вылечить гвардейца.