Камертон

Зачем ты продолжаешь поддерживать эту иллюзию?

– Все кромешницы молоды и прекрасны, да? А ты не думаешь, полукровка, что иллюзия как раз их молодость и красота? – Она метнула в него неприязненный взгляд.

Ян честно поразмыслил.

– Это возможно, – признал он наконец. – Да, я много знаю о кромешниках, но мои знания чисто теоретические. Я впервые беседую с кромешницей, впервые столкнулся лицом к лицу. Поэтому обобщать не стал бы. Я же говорю только о тебе. Ты два раза на меня свалилась. По своей инициативе.

– Как?

– Ладно-ладно, я имею в виду, я со своей стороны для этого ровным счетом ничего не сделал. Это судьба.

– Судьба?!

– Всё-всё-всё. – Он выставил вперед ладони. – Не судьба, пусть будет воля случая. Все же это был непосредственный контакт. И я просто знаю, что ты не такая.

Эля села и погладила рукой белый край пододеяльника.

– Я… – проронила она, не глядя на него. – Я такая. Мне не столько лет, в этом ты прав. Но я такая. Спокойной ночи. Где у тебя выключается свет?

…Уснуть не получалось.

Ян старался не шевелиться, дышать ровно и не открывать глаз, но сон не шел. Слишком сильными оказались впечатления этого необычайного вечера. Когда Эля тихо встала с постели, он против своей воли подсмотрел сквозь ресницы.

Она подкралась к окну и открыла одну из створок. В комнату ворвался холодный ветер. Гостья села на подоконник и перегнулась наружу. Ян чуть не дернулся к ней – шестнадцатый этаж! – но вовремя вспомнил, что Эля кромешница, а значит, не разобьется.

Вскоре она выпрямила спину и села, положив ноги на подоконник. Вытянула руку вперед и подняла ладонь.

Ян ущипнул себя, чтобы проверить, не уснул ли он: над ее ладонью завихрились светящиеся завитки воздуха. Стало видно, что Эля улыбается им. Она склонила голову и что-то зашептала. Искрящиеся, как иней, завитушки поднялись выше, а потом схлынули. Эля опустила ноги на пол, повернулась лицом к окну и, придерживая рукой раму, с силой закрыла створку окна – а пальцы забыла на раме.

Ян сморщился и про себя взвыл, представив эту боль. Эля осела на пол бесформенной кучей и наверняка заплакала, но ни единый звук тишину ночи не нарушил.

Глава 4

Утром руки у Эли не отличались одна от другой: у кромешников и кромешниц все заживает очень быстро, особенно если удается поесть и поспать. Спала она в итоге неплохо. Впрочем, это неважно: она тут ненадолго.

Солнце заглянуло на шестнадцатый этаж рано.