Ясный свет и вольный ветер. Третья книга цикла «Остров Буян»

Левка погонял по экрану пальцем и сунул ей под нос видеоролик с Ютуба: вертикальная стена, и по ней поднимается змея. Она казалась плавной черной линией, которую чертит невидимый художник. Змея ползла не только вверх, но временами и вбок, скорее всего – вдоль кирпичей, спрятанных под штукатуркой.

– Как в компьютерной игре, – с отвращением проговорил Левка и убрал телефон.

– И что нам делать?

– Ничего. Будем считать, что змейки из школы ушли, а значит, и они, и школа в безопасности. Забудь.

– Легко сказать!

Яся не чувствовала себя в безопасности.

– Домой пошли.

Левка подхватил оба рюкзака и поволок наверх. Яся вздохнула и повиновалась.

– Мам, мы пришли! – крикнул он из прихожей.

Но мама не ответила, она с кем-то разговаривала в комнате, наверное, по телефону. Слышался только ее голос – резкий, отрывистый и злой. Яся скинула обувь и собралась было заглянуть в зал.

– И не лезь больше в мою жизнь! – кричала мама. – Не смей здесь показываться! Я никогда, никогда не хочу тебя больше видеть.

Яся сделала большие глаза и указала брату на мамин мобильный и городской телефон. Обе трубки лежали прямо на тумбочке в прихожей. С кем же тогда мама ссорится, кто у них в гостях?

Левка сжался в комок под куртками, висевшими на вешалке, – как будто, если будешь маленьким-маленьким, тебя не заметят. Яся все же сунула любопытный нос в комнату, как раз вовремя, чтобы увидеть, как мама берет зеркало и обрушивает его прямо на паркет.

– Там никого нет, – сообщила она Левке.

– Что-то разбилось.

– Мама зеркало разбила.

– Нечаянно?

Яся поморщилась: вроде специально, но это было необъяснимо, и она не решалась произнести это вслух. Она знала, что все боялись разбить зеркало, это считалось плохой приметой. Почему мама орала, если она была одна в пустой комнате и даже по телефону не разговаривала? Зачем она взяла и разбила хорошую вещь – даже если она не верит в приметы? И как теперь рассказывать ей о странностях в школе?

Мама вылетела в прихожую с покрывалом в руке и накинула его на зеркало.

– Вы пришли уже? – сказала она тем особым неприятным тоном, от которого скрежетало в желудке.

– Только вошли, – отозвался Лева.