Здоровый оптимизм

– Не знаю, дело, конечно, твоё, но будь я на твоём месте, непременно бы слетала, постаралась бы вспомнить. Хотя бы для того, чтобы знать, от чего убежала.

Я подумала, что тётя Карна, пожалуй, права. Меня же никто не просит возвращаться домой, в самом деле.

На следующий день я заговорила об этом с тётей Элаей. Она как-то вся напряглась:

– Но Зина, у нас на этой неделе много работы. Может, как-то перенести?

– Элая, ну что же ты! – послышался полный укоризны голос дяди Арбенса. – Эдак наша очаровательная коллега подумает, будто мы её запираем.

– Ну, а как же…

– Не волнуйся, Элая, – дела никуда не денутся. Когда Зина вернётся, всё сделает. Правда, Зина?

Я кивнула и робко осведомилась:

– Так мне можно?

– Разумеется. Ты же сотрудник, а не пленница, а значит, имеешь право на отпуск… Элая, будь добра, сделай чайку… Так что, Зина, запретить тебе лететь на Землю я ни в коем случае не могу. Только… – он вдруг замолчал, а в глазах появилась какая-то непонятная грусть.

– Что "только"?

– Ты можешь вспомнить всё, что было. Даже то, о чём, может быть, предпочла бы не вспоминать.

А ведь дядя Арбенс говорит правду, подумала я. Стоит мне оказаться в тех местах, где я родилась и где прожила большую часть сознательной жизни, как воспоминания могут нахлынуть на меня нескончаемым потоком. И тогда уже поздно будет их отгонять. И забыть потом будет гораздо труднее, чем вспомнить. Так стоит ли вообще туда лететь? Ведь если я вот так разом забыла своё прошлое, значит, так, по-видимому, было надо.

Внезапно в моей голове промелькнула мысль: а не самому ли дяде Арбенсу надо, чтобы я ничего не помнила?.. Глупость какая! Ему-то зачем? Он просто по доброте душевной хочет уберечь меня от сильных переживаний. Только потому и не хочет, чтобы я летела. Ведь если я сейчас полечу, может статься, что потом не раз об этом пожалею.

Может, когда-нибудь я найду в себе силы встретиться с болью прошлого, но только не сейчас.

– Спасибо, Сото! Ты супер!

Открыв маленькую коробочку, я нашла внутри пару пакетиков бисера, леску и иголку. Я знала, что из бисера плетут разные штучки, но совершенно не помнила, как это делают.

– Ты… помнишь? – робко спросил Сото, заметив, как я гляжу на его подарок.

– Не совсем. Но что-то припоминаю.

Я соврала, чтоб его не огорчить. На самом же деле я совершенно ничего не припоминала.