По крыше ходит слон

Почему никто не предупреждает, что беременная жена – это танк, который палит по своим и чужим без разбора, если сверху дан приказ выживать? Вот бы все было проще, как в игре: ты построил дом, сарай для кур и овец, женился, хоп – и уже ребенок. А когда надоест, выключаешь приставку и идешь спать.

Лидочка смотрит перед собой, хочет показать ему своим молчанием, как он ее обидел. Но Макс будто не замечает ее, дела этому самовлюбленному эгоисту нет до ее чувств. Ах ты так? «Замолчу на всю неделю», – решает Лидочка.

«Ха-ха», – вторит ее мочевой пузырь, и она вынуждена прервать тишину:

– Останови, не могу больше терпеть.

– Да осталось всего ничего.

– Останови!

Макс резко тормозит, Лидочка выбегает и садится прямо на дороге. Темень, никого вокруг. Повезло. Из травы на обочине слышится писк. Кто это может быть? Лидочка натягивает джинсы и идет в темноту.

– Посвети мобильником, тут кто-то есть, – просит она Макса. – Котенок! Смотри, какой малыш!

Тощий звереныш раскрывает пасть в беззвучном плаче.

Вылитый птенец в ожидании мамы.

– Помнишь, что говорила хозяйка квартиры? С питомцами нельзя, – напоминает Макс Лидочке, но смотрит в ее глаза, потом еще раз на найденыша и сдается.

Перемирие. Временное.

– Ну что, придется спасать бедолагу. Поехали! – Макс открывает дверь и помогает Лидочке устроиться.

– Как же тебя назвать? – мурлычет Лидочка котенку и прижимает его к своему животу. – Хоть тебя-то мы можем назвать без посторонних советов?

– Только не начинай, а, – ворчит Макс.

– Нет, а ты считаешь, она права? Да? Почему она должна называть моего ребенка? Моего! И выбирать пол, как будто у меня там супермаркет. – Лидочка тычет пальцем себе в живот.

Часом ранее Лидочка чинно сидела за столом, покрытым клеенчатой цветастой скатертью, грызла испеченное Жанной Александровной печенье и сдерживала слезы.

– Лида, ну зачем, зачем ты потратилась на кофе? Он жутко дорогой. Не стоило, – отчитывала ее свекровь.

– Я купила себе, а потом Макс сказал, что вы ждете нас в гости.

И я решила вам подарить. Не могла с пустыми руками, – пролепетала Лидочка, собирая пальцами со стола невидимые крошки. Привычка досталась ей от бабушки: та тоже вечно перебирала руками по скатерти, и маму это злило.

– Чего-о-о? Себе? Кофе купила? – Жанна Александровна с грохотом поставила чайник и уперла руки в бока. – Максюша, ты почему это не следишь за своей женой? Не заботишься о ее здоровье? Я же писала тебе: кофе беременным нельзя.