Коллекционеры редкостей

Платье из разноцветных шёлковых лоскутков, купленное им днём в арт-магазинчике, очень шло маленькой фэйри, но от холода не защищало ни в малейшей степени.

– Я не боюсь холода. – Айри уселась на заднее сидение и с удовольствием разгладила на коленях платье. Плед она свернула и уложила рядом.

Даже в машине её гламур не поблёк. Любой человек увидел бы сейчас девочку-подростка с торчащими в разные стороны косичками, в мохнатых гольфах и платье для вечеринки. А в глаза люди редко всматриваются.

Дон развернул на соседнем сиденье карту.

– А как вы с Лорном намерены делить нас?

– Мы ещё не обсуждали этот вопрос.

– Лорн целитель, верно?

– Да, а что? – Дон пристально посмотрел на неё. – У тебя что-то болит?

– Я не о себе. У нас Винни постоянно хворает.

– Это кто?

– Кайт-ши.

– Увы, его Лорн точно не возьмёт. У него аллергия на кошек.

Айри озадаченно помолчала.

– Аллергия – это когда чихают? Но кайт-ши не кот, он просто так выглядит.

– Убеди в этом Лорна. Кто ещё входит в вашу компанию?

– Банши, пэк, лепрекон и брауни. А ещё я знаю, где найти спрайта, гругаша, килмуллиса и молочного зайца.

– Килмуллис – это мельничный брауни?

– Он не брауни, даже не родственник. Он хранитель мельницы. Килмуллисы все перевелись, когда люди забросили старые мельницы.

– Кое-где до сих пор работают.

– Это не по-настоящему, а для туристов.

– А молочный заяц каким боком затесался в вашу компанию? Он ведь не фэйри.

Айри смущенно потёрла нос.

– Ну да. Его одна ведьма создала. Настоящая ведьма. Она долго прожила и зайца любила, даже не заставляла молоко воровать. Вот он и стал, как настоящий. Сокровища у него нет, но он сам большая редкость.

– Согласен, возьму вашего зайца.

Дон выехал на оживлённое шоссе и в очередной раз порадовался недавно установленным в машине затемнённым стёклам. Это человеческое изобретение приводило манурма в восторг. Теперь в дороге не обязательно удерживать гламур или носить солнечные очки. Затемнённые стёкла прекрасно прятали и водителя, и пассажиров от нескромных глаз.

В спокойной полутьме Айри задремала, свернувшись калачиком. Время от времени она вздрагивала, тревожно вскидывая голову, как оленёнок.