Вестфолд

 – Как я теперь разгадаю, кто за все это время мог заточить на меня зуб?

– А ты не ищи так далеко, – терпеливо посоветовал Уилл. – Начни со вчерашнего вечера. Кто мог подсыпать что-нибудь в коньяк? С кем ты так удачно выпивала?

Мои глаза округлились и чуть было не вылезли из орбит.

– Не-эт, – с натянутой улыбкой возразила я и для пущей убедительности покачала головой. – Нет, этого не может быть. Постой-ка. Я ведь и до этой бутылки пила коньяк. И не только коньяк… – Почувствовав себя пьянчугой, я покраснела и стушевалась.

– Яд был в этой бутылке, – жестко сказал Уилл. – Марта определила это по запаху. Так что твои прочие возлияния нас не интересуют.

– Ну тогда… – это казалось настолько нелепым, что я даже не знала, как произнести такое вслух. – Адриан, мой сосед по гостинице… Мы вместе возвращались сюда и пили по дороге…

– Пили из одной бутылки или из разных? – уточнил Уилл.

– Из разных, – сказала я. – Но этого все равно не может быть. Это глупость. И потом, я все время держала бутылку в руках. Когда бы он мог что-нибудь подсыпать? Хотя… – Меня вдруг будто молнией ударило. Уилл смотрел выжидательно. – Был момент, когда я поставила бутылку на землю и отвернулась, – призналась я. – Он тогда стоял у меня за спиной и… в общем, я действительно не могла видеть, что он делает.

– То есть возможность у него была, – заключил Уилл.

– Больше никого не было, – вынужденно качнула головой я. – Я получила эту бутылку от трактирщика из рук в руки. И больше с ней не расставалась, кроме того случая.

– Трактирщик мог бы отравить коньяк?

– Теоретически, наверное, мог, – с сомнением сказала я. – Он дал мне бутылку уже открытой. Но зачем?.. Я совершенно случайно попала именно в этот трактир. Он не мог знать, что я туда приду. И видел он меня первый раз в жизни.

– Отлично, – кивнул Уилл.

– Что же тут отличного?

– То, что к тебе возвращается способность рассуждать здраво. Выходит, это твой сосед.

– Ну этого просто не может быть. – Я упрямо продолжала отрицать очевидное.

– Это не аргумент, – резонно возразил разбойник. – Ты сама говоришь: больше некому.

– Но у него нет никакой причины! – почти закричала я.