В полушаге от любви

 – Бессмысленное, ребяческое, идущее вразрез с вашими собственными интересами. Я уже молчу о своих. Будете слушать или предпочитаете, чтобы имя жениха оказалось для вас на свадьбе сюрпризом?

– Не окажется, – отрезала Мирейя. – Потому что свадьба не состоится.

– Состоится, и еще как, – возразил герцог. – Мне надоели ваши капризы, Мирейя. Видят боги, я терпел их очень долго. Даже в тех случаях, когда вы старательно ставили мне палки в колеса, не имея на то мало-мальски веской причины. Но мое терпение не безгранично.

Вам двадцать шесть лет, вполне подходящий возраст для того, чтобы вступить в брак. Я бы даже сказал, еще немного – и будет поздно. Начинайте самостоятельную жизнь, обустраивайте свой дом и наводите там собственные порядки.

– Вот, значит, как, – прошипела Мирейя. – Ну и кем же вы надумали меня осчастливить?

– Вот это уже деловой разговор. Лорд Гюстав Дорион, маркиз, в течение двух лет служивший при дворе его величества и зарекомендовавший себя с самой лучшей стороны.

– Это что, тот, который должен завтра приехать якобы к вам в гости? – возмутилась таким вероломством Мирейя.

– Он самый, – подтвердил герцог. – И почему «якобы»? Он действительно будет моим гостем. А одновременно и вашим женихом. Одно не отменяет другого.

– Идите к черту!

– А что вас так сразу не устраивает? – Характер Мирейи был, возможно, и более взрывным, но ее брат тоже начинал распаляться. – Хотя бы выслушайте, что собой представляет этот человек, вы же ничего о нем не знаете! Я, между прочим, не изверг и подобрал для вас весьма неплохую партию.

– Предполагаю, что она неплоха в первую очередь для вас! – рявкнула Мирейя.

– Да, для меня тоже, и что? – герцог также повысил голос. – Одно другому не мешает! Так вот. – Он попытался взять себя в руки и заговорил тише: – Лорд Дорион богат, знатен, сравнительно молод.

– Сколько ему? – осведомилась Мирейя.

– Тридцать шесть. – Конрад продолжил говорить, старательно игнорируя фырканье своей сестры. – Как я уже говорил, он хорошо зарекомендовал себя при дворе.

У него незапятнанная репутация. Он не пьянствует, не увлекается сиреневым порошком, не транжирит деньги, не устраивает оргий.

– Лучше бы устраивал, – брякнула Мирейя, чем заслужила крайне неодобрительный взгляд своего брата.

– Кроме того, маркиз весьма хорош собой. – Герцог сделал над собой усилие и продолжил говорить так, словно не заметил неуместной иронии сестры. – Ведь это имеет для вас значение, не так ли? Так вот, я позаботился и об этом.