В полушаге от любви

Подробности никому не известны, об этом деле слухи ходят все больше шепотом. Но имя виновника разногласий не вызывает.

– Ну, если это всего лишь слухи, да еще и не слишком достоверные, то, знаешь ли, и виновность Эстли тоже под вопросом, – пожала плечами я. – Может, бедняга граф просто умер от простуды, а Эстли имел неосторожность навестить его за несколько часов до кончины.

– Может быть, конечно, и так, – не стала спорить Илона, но по глазам подруги я видела: сама она не подвергает сомнению причастность Кэмерона Эстли к смерти Кройтона.

 – Но уж то, что он лично присутствует при некоторых допросах, известно всем. И какие методы при этих допросах используются, тоже ни для кого не секрет.

– И что? – скривилась я. – Меня он в кресло допроса точно не посадит только из-за того, что я сумела вовремя выпроводить мужчину из покоев Мирейи.

– Не посадит. – Тут Илона была полностью согласна. – Он не из тех людей, кто станет отправлять женщину в пыточную за подобные вещи, к тому же в этом плане ты достаточно защищена.

Все-таки ты графская дочь, пусть даже и никогда не видишься с родителями, и к тому же ты находишься под покровительством Мирейи. Это хорошие позиции. Я просто хочу подчеркнуть, что излишне заигрываться с таким, как Эстли, не стоит.

– А пускай оставит Мирейю в покое, и я не буду с ним заигрываться! – огрызнулась я. – И если больше ни разу с ним не увижусь, плакать точно не стану. Что он к ней привязался? Неужто при всем своем уме не может понять, что это недостойно аристократа, да и просто мужчины – воевать с женщиной, разнюхивая, что творится у нее в постели?

Я гадливо поморщилась.

Илона улыбнулась.

– Мне ли тебе рассказывать, что Мирейя регулярно ставит палки в колеса своему брату? – откликнулась она. – Скажем, тот случай, когда герцог хотел продвинуть своего человека на должность старшего помощника посла. А Мирейя, в обход него, обратилась к королю, выдвинув кандидатуру собственного протеже.

– Ну и что тут такого? – встала на защиту Мирейи я. – Ее протеже был ничем не хуже.

Я бы сказала, даже лучше, чем тот, кого предлагал герцог.

Илона рассмеялась, глядя на меня, и я стушевалась, сообразив, что сижу, выпятив грудь, будто и правда готова броситься на шпагу, защищая свою госпожу.

– В любом случае, – уже спокойнее продолжила я, приняв более расслабленное положение, – тогда, если помнишь, герцог добился своего. Именно его человек получил в итоге это место. И тоже не без вмешательства Эстли.

– В том-то и штука.