Шпионские страсти

И, право слово, ни за что не поверю, будто я – единственный человек, способный выполнить столь пустяковое поручение (да-да, такое даже заданием трудно назвать). И для чего-то ведь кардинал затеял в качестве предисловия разговор об эркландской политике. Ни за что не поверю, что он просто отвлёкся, непроизвольно сменив тему. Однако пока ответа на эти вопросы у меня не было, и я просто, склонив голову, произнесла:

– Да, ваше высокопреосвященство. Когда я выезжаю?

– Чем скорее, тем лучше. Путь в Ристонию не короткий.

– Я отправлюсь сегодня же. Есть ли у меня дополнительные поручения?

– Будь внимательна, – без малейшей паузы последовал ответ кардинала. – Смотри и слушай. Особенно находясь во дворце Анри Пятого. Однако будь осторожна и не переусердствуй в этом направлении. Мы заинтересованы в сотрудничестве с лордом Эстли и не хотим вызвать гнев ристонийских властей. Также присмотрись к своим собратьям по ремеслу, вместе с которыми будешь выполнять задание. Вполне возможно, что это не последнее наше сотрудничество с Ристонией в вопросах, связанных с эркландской ситуацией.

Я в очередной раз склонила голову и, благословлённая кардиналом в дорогу, покинула кабинет.

Далеко, впрочем, не ушла, так как в соседней комнате столкнулась с племянником кардинала, графом Ринольдом Этьеном Монтереем. Друзья, к коим и я полагала возможным себя причислить, как правило, звали его сокращённо – Рэм.

– Ну что, совсем загонял тебя дядя? – с добродушной усмешкой осведомился он, поднявшись мне навстречу из глубокого кресла, в котором прежде вольготно устроился.

– Да нет, – откликнулась я, коротко коснувшись протянутой руки скорее в мужском, чем в женском, приветствии. – Всё хорошо. Нормальное служебное задание.

– Да ладно, уж мне-то можешь сказать правду, – по-свойски подмигнул Рэм. – Государственные дела для дяди прежде всего. А о том, что в итоге хрупкой леди приходится мотаться по всему свету, наверняка не задумывается.

– Хрупкой леди? – Я весело рассмеялась. – Я, красавец, не леди и уж тем более не хрупкая.

Улыбка никак не сходила с губ.

– Хрупкая-хрупкая, – отмахнулся Рэм. – В зеркало на себя давно смотрела? Худая, как тростинка. Кажется, на ветру сломаешься.

Ну да, худая. Но что поделать, пышные формы даны не всем. Зато балансировать где-нибудь на карнизе намного удобнее так.

– Не бойся, не сломаюсь, – заверила я. – Я не хрупкая, я гибкая.