Горький ветер свободы

– Для брачной ночи? – медленно, с расстановкой повторила я. Уж не знаю: то ли у меня со слухом проблемы, то ли с головой, то ли не у меня… То ли день сегодня просто не задался.

– Именно! – поспешно подтвердила цветочница. – Без книги я просто никак.

Мне сразу же представилась спальня, специально подготовленная для новобрачных. Романтические свечи, ваза с фруктами, красивое постельное белье, обнаженный жених на кровати… и невеста в белом пеньюаре, жадно перелистывающая страницы романа.

– Агнесса, – я постаралась говорить медленно и успокаивающе, – я совершенно уверена, что в первую брачную ночь вы с Марко найдете, чем заняться, и без чтения.

– Если я не получу нужную книгу, то не найдем, – расстроенно покачала головой девушка.

– Э… скажи-ка, – луч понимания начал озарять мой мозг, но как-то очень медленно, – а какая книга тебя так интересует?

Цветочница покраснела, опустила глаза в пол, но тут же решительно подняла взгляд.

– Ну как, какая? – понизив голос, проговорила она.

Я сглотнула.

– Понимаете, – продолжила объяснять девушка, – я ведь девственница. – Она произнесла эти слова с виноватым видом, словно в невинности невесты было нечто предосудительное. – И совсем-совсем ничего про это не знаю. То есть просто не знаю, с какой стороны подойти к вопросу.

– Ну, с какой стороны подойти, я думаю, ты разберешься, – постаралась поддержать ее я. – Полагаю, вопрос будет стоять… достаточно остро.

– То есть вы хотите сказать, – брови цветочницы гневно сдвинулись, – что у Марко уже были женщины?!

Хм. Осечка. Мне следовало более тщательно выбирать выражения.

– Нет, – осторожно возразила я, – я не хочу этого сказать. Я почти совсем не знаю Марко, поэтому мне ничего не известно об этой стороне его жизни. Вполне вероятно, что он девственник.

– А если не поможет?

Агнесса выглядела весьма скептически: похоже, ждать милостей от природы было не в ее характере.

– Вы понимаете, госпожа архивариус…

– Просто Сандра, – перебила я ее.

– Сандра, – согласилась Агнесса. – Дело в том, что даже если Марко все уже знает, ну не могу же я проявить себя совсем невежей!

Я вздохнула и задумчиво уставилась в стол.