Превратности любви

Хорошо, что хотя бы рубашка оказалась впору, радовался Михаил. Не успели они перевести дух после столь нелегкой процедуры, как из коридора донеслись пронзительные женские крики, а затем дверь широко распахнулась, и в комнату влетела женщина в кожаном плаще и с переброшенной через плечо косой, чей конец украшала блестящая заколка.

– Пустите меня! Пустите меня к нему! Я все равно его увижу! – истерически вопила она, хотя ей никто не препятствовал.

«Должно быть, та самая, у которой он собирался есть пельмени», – предположил Володя.

Женщина, увидев покойника, подлетела к столу и упала лицом ему в ноги.

– Нет, это неправда! Этого не может быть! – простонала она.

Володе стало неловко, он всегда чувствовал себя лишним в подобных ситуациях.

– Ты даже не свозил меня в Париж! – между тем с отчаянием выкрикнула дама. – А ведь обещал!

– Он много кому чего обещал, – неожиданно спокойно произнесла вдова, наблюдая за рыдающей.

Обладательница кожаного плаща тут же перестала голосить и, медленно повернув голову, исподлобья посмотрела на вдову, которая дважды кивнула, как бы подтверждая сказанное.

«Ну и дела, – поразился Володя, – даже у нас в театре такого никогда не было».

Женщина, которую так и не свозили в Париж, оторвалась от ног покойника, встала и решительным жестом отбросила косу назад, тряхнув при этом головой. Коса, описав круг, неожиданно хлестнула свою хозяйку с другой стороны, пребольно ударив заколкой по губам. Женщина чуть не взвыла от боли, однако превозмогла страдания и, подбоченившись, с вызовом произнесла:

– Да, я была его любовницей!

– Тоже мне новость, – усмехнулась вдова.

– Но в Париж я могу поехать и без него, так как у него там, насколько мне известно, имеется… квартира.

– Имеется-имеется, – снова кивнула вдова. – Еще как имеется. Но на нее, к вашему сведению, уже претендуют две его бывшие жены и пятеро детей от предыдущих браков, не считая меня и двух моих сыновей.

Однако даму в кожаном плаще нисколько не смутило обозначенное вдовой количество наследников.

– Я буду бороться за свою часть, – твердо сказала она, – потому что у меня тоже есть от него ребенок. И, между прочим, он его признал. Еще два года назад.

Вдова пожала плечами. Та, что была в кожаном плаще, решительным шагом направилась к двери, однако, дойдя до нее, не стала открывать, а демонстративно уселась на один из стульев, что стояли с другой стороны от дверного проема.