По осколкам счастья

Вот ещё один момент счастья в нашей жизни, когда люди, которые тебе не близки по крови, радуются твоему появлению и воспринимают тебя как праздник. От этого чувства, что тебя помнят и ждут, хочется жить.

– Уезжала. Вот приехала обратно, – развела я руки в стороны и улыбнулась женщине.

– Как же хорошо, что приехала. А это кто? – женщина с удивлением посмотрела на сына, который стоял у меня за спиной.

– Я Паша, – протянул старушке свою маленькую ручонку сын.

– Я баба Маша, очень приятно, – деловитым тоном сказала женщина и пожала маленькую детскую ладонь.

– Ой, а что это мы тут стоим, заходите в квартиру.

– Баба Маш, мне бы ключики, мы только с дороги, устали.

– Вот накормлю вас и отпущу. Давай заходи, нечего на пороге стоять, – женщина ещё шире распахнула дверь своей квартиры, и мы вошли вовнутрь.

– Здр-р-р-р-а-а-авствуйте, гости дор-р-рогие! – послышалось из комнаты.

– Ой, а кто это, мам? – испуганно спросил сын и попятился.

– Это Кешка, попугай, – проговорила женщина и улыбнулась нам.

– А можно мне посмотреть на него?

– Конечно. Беги в комнату, – и сын побежал знакомиться с питомцем соседки, а мы с бабой Машей пошли на кухню.

– Ты садись, я сейчас борщ разогрею и салатик быстренько порежу.

Я сижу на старом табурете в маленькой кухоньке и смотрю, как старушка нарезает салат, умело управляя ножом. Баба Маша всю жизнь проработала в школьной столовой, если бы не ноги, то, наверное, в свои семьдесят пять, ещё бы и работала.

– Ой, Юль, здесь такое было. Такое, – заохала женщина.

– Какое такое? – улыбнулась я ей в ответ.

– Этот твой изверг приезжал. Как сейчас помню. Семь лет назад это было. Такое здесь устроил. Заставлял ему ключи от твоей квартиры отдать, но я не дала. Потом он пришёл с полицией, они в замке поковыряли и открыли. Всю квартиру у тебя разгромили, но ты не думай, я следила за ними, ничего не вынесли. Кое-как смогла потом там прибрать. – Я смотрела на женщину, она мне напоминала мою мать.

– А потом пасли тебя возле подъезда. Я всех запомнила, – погрозила пальцем женщина. – Если что, всех описать смогу.

– Да вам бы, баба Маш, в разведке работать нужно было, а не в школьной столовой, – засмеялась я.

– Ой, Юлька, всё смешно тебе, а я переживала. Чует моё сердце, что твой Вовка ещё покажет себя. – После этих слов мою улыбку как рукой сняли.