Злодейка поневоле

Намазывая на повреждённую руку Алисы вонючую коричневую жижу, проговорил:

– Если будешь напрягать руку, воспаление усилится. – Думаю, тебя пока отстранить от работы. Можешь считать это отдыхом.

– Спасибо, – пробормотала Алиса, зачарованно наблюдая, как он наматывает подобие бинта на её кисть. – А играть можно?

Тео закончил и присел рядом с Алисой, она невольно сжалась от столь близкого соседства, а конюх кивнул на забинтованную руку:

– А сможешь?

– Легко! – лучезарно улыбнулась Алиса и, подхватив гитару, замерла на миг, выбирая, что же такого сыграть.

Музыка лилась непривычно глуховато, инструмент слушался, несмотря на забинтованную руку, Алиса прикрыла веки, наслаждаясь тем, что любила делать больше всего на свете. Как-то она сказала пацанам из группы, что готова даже бить скалкой по кастрюле, лишь бы творить музыку. Увы, мать всегда была против этого увлечения, рвала плакаты любимой группы, запирала дочь, не давая уйти на репетицию. В конце концов, Алиса просто сдалась, с головой погрузившись в игровую реальность…

Руку пронзила короткая боль, Алиса вскрикнула и, заметив выступившую на подушечке каплю крови, сунула палец в рот и с ужасом посмотрела на оборванную струну.

– О, нет! – прошамкала она. – Что же делать?

Тео взял гитару из её рук и, вздохнув, отложил в сторону. Вновь подхватил баночку с вонючей мазью:

– Судя по всему, до вечера ты не доживёшь.

Дёрнул за руку и, вытащив палец, быстро намазал его.

– Тео! – Раздался крик такой силы, что баночка подпрыгнула в дёрнувшихся руках и, выпав, покатилась по полу.

Алиса нервно вскочила с кровати и одним прыжком оказалась у окна. Заметив во дворе высокую фигуру Клода, вздрогнула и отпрянула, наступив на ногу Тео. Конюх взял её за плечи и, отодвинув так, словно она ничего не весила, распахнул окно.

– Добрых лет, – радушно проговорил он. – Господин желает прокатиться? Приготовить Твэла?

– Ты оглох? – рявкнул невысокий толстяк, топчущийся прямо под окнами.

– Господин младший советник, – спокойно проговорил Тео. – Это конюшня. Если господин желает послушать музыку, пусть пригласит музыкантов… Я могу лишь приготовить ему коня.

Толстяк суетливо осмотрелся:

– Готов поклясться, что звуки доносились с этой стороны.

– Мне клясться не нужно, Исас, – саркастично сказал Тео. – Я обычный конюх.