Злодейка поневоле

Наложи ещё один слой, а то, боюсь, мою идеальную кожу испортит плебейский загар…

Служанка что-то просипела, лицо её покрылось капельками пота. Алиса с удовольствием наблюдала за агонией девчонки, у которой ещё оставалась призрачная тень надежды, что госпожа не заметила её оплошности.

– Госпожа, – выдавила служанка, но тут силы оставили её, и девчонка, закатив глаза, мешком свалилась на пол.

Алиса зло скрипнула зубами:

– Жалкая тварь! Могла бы и подольше продержаться… Стража!

Высокие двери распахнулись, и в покои госпожи ворвались два рыцаря в чёрных доспехах.

– До самой смерти, – глухо произнёс он привычные слова клятвы. – Что прикажете, госпожа?

Второй страж опустил голову и, сделав два шага назад, неподвижно замер у двери.

– Привести в чувство! – Алиса лениво взмахнула синим шёлковым платочком в сторону бесчувственной служанки.

Рыцарь поднялся и, шагнув к служанке, подхватил её, да легонько встряхнул: голова её покачнулась, послышался стон. Воин поставил девушку на ноги и, придерживая за плечи, коротко склонил голову:

– Госпожа?

Алиса мягко улыбнулась бледной от ужаса девушке и, изящно склонившись, подхватила с пола наполовину опустевшую коробочку, изготовленную из цельного перламутра, потрясла её и задумчиво проговорила:

– Рыночная стоимость просыпанного равна… – Она склонила голову набок и, постучав указательным пальцем по алым губам, медленно добавила: – Примерно… твоя жизнь.

Стражник послушно схватился за меч: звякнул, выскальзывая из ножен, металл. Служанка, к горлу которой воин приставил острие, булькнула: рот её распахнулся, глаза выпучились.

– Госпожа, пощади! – взвыла она.

Алиса поцокала языком и, поставив коробочку на столик, грустно сказала:

– Если бы ты сразу призналась в содеянном, да попросила прощения, я, быть может, и помиловала тебя. Но ты затеяла игру… – Она жёстко ухмыльнулась: – И проиграла!

В распахнутые двери, широко улыбаясь, вошла Лора.