Сумеречный ветер

Прямые волосы обрамляли худощавое лицо, а в уголках красивых поджатых губ залегли жесткие складки, словно этот человек не улыбался как минимум сто лет. Окара догадывалась, кто перед ней. Тот самый хард – темный владыка, которого совсем недавно объявил церемониймейстер. Перед ней стоял бессмертный!

– Пожалуй, откажусь от вашего щедрого предложения, – деревянным голосом заявила Окара и тут же ощутив дурноту, провалилась в темноту.

* * *

Белесый туманный силуэт плыл по воздуху, как в воде. Длинные волосы существа покачивались, словно водоросли на волнах.

Окара похолодела: сердце будто сжали каменные тиски, ноги стали ватными. Хотелось убежать, но она не смогла сделать ни шага. Все, на что хватало сил – смотреть на приближающееся полупрозрачное нечто и ожидать неизвестного, но неизбежного.

Сон, преследовавший Окару много-много лет, казалось, оживал, приобретая новые детали…

Глава 2

Недетские маски

– Очнулась. Дайте воды, – ворвался в сознание девушки властный женский голос.

Губ коснулась приятная прохлада керамической кружки. Окара попила и благодарно выдохнула:

– Спасибо… мне уже лучше.

– Напугала меня!

На удивление, ворчание показалось Окаре знакомым. Девушка с усилием прогнала дурноту и подняла глаза. Она находилась в малой гостиной.

– Кеона, – тепло улыбнулась она сестре. – Я очень рада тебя видеть.

– Вижу, – иронично хмыкнула Кеона. – Рада до потери чувств! Всех переполошила. Что случилось? Зачем решила притвориться больной? Неужели братец достал своими придирками?

– Кеона, – яростно зашипел Кефилл, – последи за языком! Ты не на воздушном корабле среди сокетов, а в высшем обществе!

– Которое с удовольствием бы променяла на воздушников, – мило улыбнулась Кеона.

 – Любой из сокетов даст фору каждому напыщенному попугаю на этом балу.

– С меня хватит! – рыкнул Кефилл. – Можешь попрощаться со своими сокетами! Ты их больше никогда не увидишь!

– Не тебе решать! – взвилась сестра. – Я не абы кто, а первый помощник главного капитана непобедимой армады!

– Прежде всего ты моя сестра.

Захочу – останешься дома. Прикажу – выйдешь замуж за того, за кого будет велено.

Окара неприязненно посмотрела на брата: самообладание уже вернулось к нему, и Кефилл ощущал себя хозяином положения. Он не упускал случая, чтобы унизить сестер перед друзьями и покрасоваться перед ними. Упиваясь собственной значимостью, брат вытянулся во весь рост и расправил плечи.