Снежная фантазия

Как и приятную мысль, что Юра не желал выглядеть альфонсом, поэтому отказывался жить у меня.

Как же легко верить, когда любишь! Не замечаешь ни очевидного факта, что человек не помнит, где в однушке чистые полотенца, ни задаёшься вопросом, почему на столе блюдо с мандаринами, если у хозяина аллергия на цитрусовые.

Насколько противно осознавать себя любовницей!

Женщиной, разрушающей чужую семью…

– Простите, – громко вставила я, когда визгливая дама взяла паузу, чтобы вдохнуть побольше воздуха перед новой тирадой, – что почти год соблазняла вашего мужа.

Она поперхнулась приготовленной фразой и, вытаращив глаза, просипела:

– Сколько-сколько?

– Если быть точной, – задумалась я, – то одиннадцать месяцев и двадцать девять дней.

Мне легко было вспомнить это, ведь завтра наступал канун Нового года. Я уже зарезервировала столик в лучшем ресторане столицы, чтобы отметить двойной праздник. Хотела преподнести Юре сюрприз – путёвку на Гоа, где бы мы провели три волшебных недели самого большого отпуска в моей жизни, отмечая на берегу тёплого моря год нашего счастья.

Но счастье оказалось не моим.

Украденным, о чём свидетельствовал животик моей соперницы…

Стоп. Это я любовница? Или она? Судя по виду, беременна она месяцев шесть.

– А как давно вы с Юрой женаты? – оставаясь внешне спокойной, хотя внутри всё горело, полюбопытствовала я.

– Двенадцать месяцев и один день, – прошептала она и медленно осела на пол.

Стало ещё противнее. Женщина перестала кричать и, прижав ладони к лицу, принялась плакать. Вокруг нас образовался кружок из сотрудников агентства. Кто-то протягивал беременной стакан воды.

– Вам плохо?

– Вызвать скорую? – участливо интересовался другой.

– И полицию, – скрестив руки на груди, сухо напомнила я. – На меня обещали подать заявление… Кстати, о заявлении. – Повернулась к начальнику отдела кадров. – Николай Вениаминович уже подписал моё на отпуск?

Светлана Аркадиевна, суровая женщина лет пятидесяти в роговых очках и с вечным пучком на голове, быстро-быстро закивала.

– Отлично, – я вошла в свой кабинет и, подхватив шубку, стремительно покинула его. – Увидимся через три недели. С наступающим!

Вслед мне летели рыдания, послышались голоса, но я ни разу не обернулась и не сбавила шага. Беременной помогут – она в этой ситуации жалкая и пострадавшая.