Мой чужой папа

Я приняла пакет и даже заглянула в него – около десяти баночек витаминов. Очередное выбрасывание денег на ветер.

– Примите сейчас, – не разуваясь, прошёл он в холл. Как к себе домой! Впрочем, так оно и было. – Нам предстоит плодотворно потрудиться. Вот! – Он вынул из портфеля новые папки, от количества которых хотелось застонать. – Это нужно перевести на японский и потом снова на русский. Я должен убедиться, что господин Ямагути поймёт меня правильно.

К нам подошла Зинаида, едва ли не поклонилась:

– Добрый вечер, Леонид Григорьевич. Не желаете отужинать? Может, вам налить виски?

– Нет, – бросил босс и, перевернув папки, колко глянул на домработницу. – Зинаида, прогуляйтесь пару часиков.

Женщина растерянно моргнула и мазнула удивлённым взглядом тёмные окна.

– А… Да, конечно. Спасибо, Леонид Григорьевич, я как раз хотела подышать свежим воздухом, – сказала она так, словно не выгуливала сегодня Николашу несколько часов.

И, цапнув с вешалки лёгкое пальто, поспешила к выходу.

– Это основная часть нашего проекта, – как ни в чём не бывало продолжил босс. – Я должен лично убедиться, грамотно ли сформулирована идея, донесёт ли перевод её уникальность. И, разумеется, всё это архисекретно, Ася. Днём вам привезли договор, вы же подписали соглашение о неразглашении?

Леонид Григорьевич посмотрел на мои выглядывающие из-под платья колени, будто вопрос был адресован ногам.

– Да, – ответила я, так как мой кивок босс явно проигнорировал, продолжая смотреть туда, куда не должен.

Платье у меня не было коротким, но сейчас я пожалела, что не надела джинсы.

– Сколько у меня времени на перевод? – Я накрыла колени папкой и, открыв её, пробежалась взглядом по первой странице.

– Три дня.

– Сколько?

Я посмотрела на объёмную папку. Босс сошёл с ума? Даже не будь у меня на руках младенца, тут работы не меньше, чем на полноценных пять рабочих дней.

– И я буду каждый вечер приезжать к вам и просматривать результат ваших трудов.