Моя мачеха – ведьма

 – Госпожа Стайфа рассказала мне, что есть зелья, усиливающие любовную магию!

Я покачала головой. Ну конечно! Как сразу не догадалась, откуда ветер дует? Но сердце предательски забилось чаще. Похоже, кузина герцога так сильно мечтает от меня избавиться, что не сильно заботится о сохранении тайны Скетса. Наоборот, всячески старается вывести ведьму, на которой женился Уворд, на чистую воду. Интересно только, кто же её сообщница?

Быстро пересекла кухню и, заглянув за угол, обнаружила рядом с поварихой гувернантку.

Ничуть не удивившись, с улыбкой заметила:

– Госпожа Дьюар! Вы-то мне и нужны. Не знала, что ваши утренние занятия с Дайком уже закончились.

Женщина быстро справилась с испугом и, выпрямив спину, высокомерно глянула на меня.

– Слушаю вас, госпожа Ригер.

Стало ясно, на чьей стороне гувернантка, раз назвала меня не полным именем, но я решила провести последнее испытание. С улыбкой протянула коробочку.

– Хотела поблагодарить вас за тяжёлый труд. Вот небольшой знак признательности за вашу заботу о моём пасынке.

И приподняла крышечку. Как отреагирует Селла, когда увидит кольцо?

Глава 16. Мир отступает, открывая путь только тому, кто знает, куда идёт

Уворд

В кабинете короля было тихо и светло. Ослепительные лучи, проникающие в распахнутое окно, падали на паркет, натёртый до блеска, и по стенам, обитым золотистым шёлком, разбегались игривые солнечные зайчики.

Шарил восседал на обитой алым бархатом кушетке, будто на троне, и постукивал пальцами по обтянутому светлой тканью кюлотов колену.

Шевеля губами, то сводил, то приподнимал брови. Уворд расположился за письменным столом его величества и, посматривая на короля, бегло записывал на листе приметы тех, кто напал на него в лесу.

– Хм… – Король резко поднялся и, заложив руки за спину, беззвучно прошёлся по мягкому ковру. Замер у окна и, глядя на раскинувшийся внизу город, покачал головой. – Не похоже на Антжэ.

Уворд промолчал, продолжая быстро водить пером.

Он поведал Шарилу обо всём, что случилось, и понимал, что королю не хотелось подозревать жреца Трёхликой в попытке убийства первого советника. Скетс и сам не подозревал, как далеко может зайти Антжэ.

– Вот бы проснуться и посмеяться над дурацким сном, – пробормотал король. – Жаль, что этого не будет.

Герцог замер и, отложив перо, поднялся с места. Подошёл к Шарилу и положил ладонь на плечо, как некогда в юности.