Академия оборотней: нестандартные. Книга 4

Девушка на Белой горе росла, наверняка ей привычны все эти приседания…

Но тут же забыла о Мел, потому что столкнулась взглядом с чёрными глазами высокого беловолосого красавца.

Глава 6

Желая провалиться сквозь пол прямо сейчас, я затравлено смотрела, как приближается Земко, как изящно покачиваются его светлые тщательно заплетённые и украшенные драгоценными символами власти косы, как блестят чёрные, словно беззвёздная ночь, глаза, как чуть приподнимаются уголки правильных совершенных губ, которых так приятно касаться своими…

Я пропала.

Как бы ни нравился мне Койел, вервульфу никогда не заменить в моём сердце единорога. Трудно представить, что такое возможно, но мне казалось, Земко за это лето стал ещё красивее, ещё выше, ещё стройнее, ещё загадочнее. Будто неземное создание, неуловимое и прекрасное!

И в то же время от парня исходило ощущение силы. И пусть светящийся рог не виднелся сейчас, магия единорогов словно давила на нервы и пространство так, что воздух становился плотнее, и его приходилось втягивать, будто воду.

Земко грациозно опустился на корточки и поприветствовал меня, протягивая руку помощи:

– Рад видеть тебя, Найка.

"Век бы не видеть тебя, Земко", – ответила бы я в другое время. Причём тоном настолько несчастным от сознания собственной беспомощности и одновременно звенящим болезненной любовью, что единорогу больше и не потребовалось бы признаний.

Но сейчас, – Слава королю Увону! – я не была собой в полном смысле этого слова.

– Приветствую вас, глава девятого дома Белой горы! Рада, что вы почтили академию своим присутствием.

Земко замер на миг с протянутой рукой, тонкие пальцы его дрогнули, уголки губ опустились.

– Тебя заколдовали? – с бесконечным сочувствием в голосе уточнил единорог, и я едва не разрыдалась от облегчения.

Он понял! Земко догадался, и, возможно, сумеет мне помочь! Сила их копытного рода очень велика, так почему бы не выделить капельку волшебного света на то, чтобы освободить из плена моего Дэпа?

Но вся эта буря пронеслась где-то очень глубоко в сознании, внешне же я продолжала вежливо улыбаться единорогу и молчать. Конечно! Увону не выгодно, чтобы я распространялась о причинах своего резко проявившегося благородного воспитания.