Хочу потрогать тебя, дракон!

– Достопочтенный виан из рода Нариалов, объявите окончание моего приема, – намеренно влил я в голос силы.

Им не понравилась моя кандидатура. Старые драконы не любят молодняк. Они считают, что нужно всегда идти по выбранной тропе, не сворачивать, следовать за праотцами, выбирать магию по крови, а не по зову. Сталь – особенная. С ней нельзя родиться, ею можно только стать, растопив в необузданном пламени и закалив в ледяной воде.

– Мы принимаем тебя в родовой круг, обещаем относиться к тебе как к брату, поучать как сына, слушать как отца.

– Я несказанно рад вступить в ваши ряды, – были последними мои слова, перед тем как я покинул зал вианов.

Сильный порыв ветра разметал волосы, стоило выйти за пределы здания совета, построенного на неприступной скале. Я вдохнул полной грудью, сжал трость со стальной жилой и, подбежав к обрыву, прыгнул спиной вниз.

Секунда, вторая… Я открыл глаза и расправил крылья, тут же перевернувшись и взмахнув ими. Маленький. Меня каждый встречный вправе называть драконом-подростком, ведь еще не случилось перерождения, нутро не загорелось пламенем магии.

Земная твердь стремительно приближалась. Крылья прижаты к бокам, нос устремлен вниз, тело вытянуто. Уже стала видна опаска в глазах Тилильера, заметившего меня. Всего секунда, хлопок, и перед ним появился человек.

– Всегда удивлялся, как вы это делаете?

– Маги-ия, – прошипела моя питомица, змея Курракава, и устремилась из ближайших кустов к моей ноге. Она быстро добралась до плеча и обвила руку золотым толстым браслетом.

– Кто бы говорил, присоска?

Моя питомица вытянулась в его направлении, показала два длинных заостренных клыка и язвительно высунула раздвоенный язык. С того момента, как я спас Курракаву и взял с собой в странствие по материку, они не переставали препираться, словесно унижали друг друга при любом удобном случае.

– Дошипишься когда-нибудь.

Змея изогнулась, ослабила кольцо вокруг моей руки и стрелой рванулась к эльфу, целясь в шею.

– Алир не вс-сегда будет рядом.

– И тогда ты пойдешь на корм ястребам, – сверкнул белыми зубами друг, в очередной раз напомнив о том моменте, когда Курракава находилась на грани смерти.

– С-скорее я пущу яд по твои-им венам, – продолжала сыпать угрозами змея, в то время как я направился к привязанному к дубу серому жеребцу.