Докопаться до Тёмного, или Архиомагия в действии

 – Ты всё время возишься со старыми горшками, а я один… Да я не помню, когда мы в последний раз вместе спали! Тебе больше нравится проводить время со скелетами, чем с собственным женихом. Даже со мной ты говоришь лишь о костях и черепках… А я нормальный мужчина! Меня это не заводит.

Он говорил и говорил, а я терпеливо ждала. И пусть больше всего на свете мне хотелось сейчас быть там, в подземелье, где мы и обнаружили странный предмет, оставалась на месте. Нужно было использовать каждую утекающую минуту по максимуму, но я слушала человека, за которого собиралась замуж.

И своё сердце…

– Хорошо, – вывалив на меня кучу претензий от невозможности моего поведения до отказа от косметики, сдался Савелий. – Простишь меня на первый раз?

Я холодно усмехнулась.

– Забавно. То же ты сказал, когда я застала тебя с Машей… Моя бывшая подруга, помнишь?

– Нет, это…

– Мне было очень больно тогда, – перебила я.

– По тебе этого было не сказать, – недовольно поморщился он.

– Не в моих правилах устраивать истерики, – выслушав его, деловито напомнила я. – В тот раз я поверила тебе и простила. Но через пару месяцев ты задержался в библиотеке, а после тебе названивали по поводу просроченной сдачи книг. Приятный женский голос.

– Я же говорил, что потерял те книги. – Краснея, Савелий отвёл взгляд. – А от компенсации библиотекарша отказалась.

– Звонки были ночью, на твой телефон, – ледяным тоном добавила я. – Ты крепко спал, и я отвечала. Не с первого раза, конечно. С десятого сдавалась. Кстати, библиотекарь была забита в контакты как учительница. Ты даже солгать толком не можешь.

– Ты рылась в моём телефоне? – разозлился он. – Не доверяла мне?

– Мне было неприятно слышать те звонки, – не поддаваясь на провокации, продолжала я. Он и сам понимал, что при звонке на экране высвечивается контакт, а ответить может любой.

Он насторожился.

– Что ты хочешь сказать?

Я иронично посмотрела на мужчину и покачала головой.

– Ты придурок, Сав, но не дурак.

– Ты не посмеешь разорвать помолвку, – тут же переменил он тон. Надвинулся на меня. – Я… я всё буду отрицать.