Девочка Стального

Дело не в том, что он работает на Дину или её отца.

Рустам проиграл без боя. Я бы ещё понял, если бы пострадал один из парней, но в связке ошиблись оба.

– Я увольнял и за меньшее, – не дождавшись ответа, холодно проговорил я.

– Моя вина, Стальной, – пролепетал второй, только очухавшийся. – Рустам, он…

– Вагал! – перебил я и, наклонившись, прошипел в бледное лицо подчинённого: – Я понимаю жадность твоего напарника, который пытался усидеть на двух стульях, но не его халатность. Ещё час назад я подозревал Рустама в предательстве, а тебя в пособничестве.

Мужчина побелел как полотно, ноздри Вагала дрогнули, губы плотно сжались.

– И на кого я, по-твоему, работаю? – зло прищурился Рустам.

Я дёрнул уголком рта: не желает сдаваться?

– Хабиби? – услышал плаксивый голосок и улыбнулся подчинённому.

– А вот у неё и спросим.

Обернулся к вошедшей девушке и скрестил руки на груди.

Дина сняла крупные солнцезащитные очки, круглые стёкла которых сверкнули фиолетовым, и растерянно осмотрелась.

– Что происходит? – Она со злостью отставила небольшой сиреневый чемодан на колёсиках и топнула. – Я думала, мы в путешествие летим!

– Из больницы? – выгнул я бровь.

– Может, нужна прививка, – пожала она плечами.

– Логично. Вези сюда свой чемодан. Эй, бухгалтерша! Поройся, может, найдёшь что-нибудь невзрачное и серое на свой вкус.

– Что?! – взвилась Дина и с ненавистью глянула на Еву. – Ты отдашь этой замарашке мои наряды?

– Они мне и не нужны, – огрызнулась бухгалтерша и запахнулась в мой пиджак, будто в пальто.

– Это что на ней? – заметив движение, разозлилась Дина и, подбежав, схватилась за лацкан. – Твой пиджак? Сабур, почему он на этой стерве?!

– Даже в больнице не можешь помолчать? – раздражённо осадил я. – Неудивительно, что не удержала язык за зубами и проболталась о моей небольшой проблеме.

Дина мгновенно заулыбалась, будто только что не изображала дикую ревность. Шагнув ко мне, прильнула и, взмахнув густыми ресницами, пролепетала:

– Не понимаю, о чём ты, любимый. – Разомкнув губы, прикрыла рот ладошкой и прошептала, будто ошеломлённая новостью: – О! Ты говорил с моим отцом? И о чём же? Обо мне, верно? Ну, расскажи!

Дёрнула меня за руку и надула губки.

– Мне некогда играть в кошки-мышки, – подавшись к ней, я шепнул на ухо.