Сиреневая книга

Нет, осваивать новые грани в потреблядстве вам оказалось интереснее. Чоповцы с холодными руками, блядь!

Кстати, Железный Феликс, уже и не прокатило бы… за позывной. Непозволительная роскошь называться Благородным Оленем или Быстроногим Ягуаром. А то ведь вымрешь, как тот нерасторопный олень. Или пойдешь в резервацию.

Надо два слога. Просто Феликс, или Филя, это да, правильно. Айрон… тоже ничего, хоть и не по-лапотному.

А по сути – вы, конечно, правы. Грустно признавать, что бо?льшую часть жизни, точнее наиболее стремительную ее часть, тебя не называли по имени-отчеству.

Впрочем, про отчества при обращениях можете потихоньку забывать. Уже скоро даже на визитках будут писать только фамилию и имя. Не говоря о прессе всех уровней. Лет через цать даже молодежь будет называть тебя по имени. Но на «вы», конечно. И без всякого… уменьшительно-ласкательного. Если заслужишь.

Отчество, было дело, даже на американский манер сократилось до одной буквы с точкой. Я сам писал, помню, Александр И. Бондаренко, телефон такой-то.

Пока не задумался и не пожалел своего отца.

Глава 40. Вила[17 - Вила (южно-слав.) – женское мифологическое существо, зачастую мстящее людям за причиненное ей зло.] с вилами

Бонда сплюнул, выругался и потянулся за ножом.

Под разрисованной оскалом баллистической[18 - Баллистическая кевларовая маска защищающая голову от холодного и огнестрельного оружия. С выпуклостями для носа и ушей, сетчатыми отверстиями для глаз. Эффективность в реальном бою, а не в полицейских операциях, достаточно спорная.

] скорлупой оказалось вполне миловидное лицо. Женщина, лет тридцать пять, а то и моложе. Короткие чёрные волосы смяты кевларом. Брови и ресницы грубовато, но обработаны. Губы бледные, обветренные. На тонкой шее набит маленький трезубый герб и какая-то надпись вязью, уходящая на спину.

Спрей подействовал быстро – она открыла глаза и застонала.

– Терпи коза, а то мамой будешь[19 - Сознательно исковерканное Бондой под женский пол выражение «Терпи казак – атаманом будешь!»], – сказал Бонда, – уже не так всё страшно, это кетамин.

Чего у тебя с ногой, гарна дывчына?

– Пшёл нахуй, москаль, – прошептала она и заплакала.

– О, как ожидаемо-то, – усмехнулся Бонда, – а ничего, что так-то я тебе, дуре, только что жизнь спас?

– Я сама бы выбралась.

– Я видел, как ты выбиралась. Носом в гальку. Нахрена тебе маска-то? Ты ж вроде не страшная? От комаров?

Девушка попыталась приподняться, но тотчас повалилась на песок.