Пуля для тантриста

Монахи остановились, ожидая указаний. Вскоре подошел игумен, а следом и остальная братия.

– Ну, с Богом, за работу, – сказал настоятель отец Евпатий. – Берите же багры.

Вслед за остальными, Макарий ухватил багор.

Чернецы принялись цеплять баграми одиночные стволы и затаскивать их на берег. Монах Леонид, высокий широкоплечий детина с острым топориком за поясом, деловито осматривал древесину.

– Дубовые бревна дальше тащите, – командовал он. – Правее, правее складывайте… Бойся зашибиться… Сосну тащить и складывать левее… Левее, говорю, эй!

Десятники углем и меловыми камнями размечали бревна.

Другие же работные люди опиливали их по нужным размерам. Острый аромат спелого дерева и смолы разливался в воздухе, смешиваясь с запахами бурной реки и травы.

Пацаны занимались досками.

– Миша, много у тебя ребятня досок заготовила? – спросил отец Леонид парня, который увлеченно размечал торцы бревен, подлежащих расколу.

– Да, отче, для бочек-то досок хватает. А вот для лодок маловато будет. Лес плохой поставили плуты.

Вели срочно поменять бревна. Они жуком порчены.

– Велю! А откель те бревна будут?

– С Вереи пригнали купцы.

– Миша, а на бочки пустить можно? – спросил парня монах.

– Работы лишней много будет, но попробуем размеры подогнать.

– Молодец, – похвалил его отец Леонид.

Он окинул взглядом подростков, увлеченных работой, и подумал о том, что скоро вся эта ватага уедет на промысел с рыболовами. Потом его мысли снова вернулись к лесу. Он подошел к монахам, и распорядился, чтобы трое из них занялись отбором древесины для нужд монастыря.

Макарий вместе с Афанасием и Мисюрем взялись за сортировку.

Макарию сладостно дышалось этой свежестью, и работалось в охотку. Душа переполнялась благодатью. Телу было горячо и блаженно. Ничего больше в жизни ему не хотелось, только этого умиротворения, внутренней радости, и размеренного напряжения мышц.

Устал, отошел в сторонку и сел на бревно. Рядом с ним кто-то легко и тихо опустился, обдав его запахом духов.

Такой знакомый запах, что он вздрогнул и обернулся. Жанна! Опять она! Из того самого прошлого, где было много боли и горечи, которое он глубоко забыл. Да и было ли оно? Конечно, нет, ничего не было и быть не могло, это опять вражье наваждение!

Он принялся истово креститься и читать молитву святого Киприана от демонической силы. Но призрак лишь расхохотался и положил свою маленькую ладошку на его мозолистую ладонь.

– Ты ошибался, тантрист, смерти не существует.