Встретишь демона – убей!

Проводить его можно только четыре раза в год: в дни солнцеворотов и в дни равноденствий. Вернее, в ночи, следующие за этими днями. В остальное же время мне нужно воздерживаться от вступления в интимную связь с той женщиной, которая будет участвовать в ритуале. К сожалению, ни одна из моих предыдущих жен не смогла забеременеть ни с первого, ни со второго раза, а третьего ритуала никто из них уже не выдержал. У тебя, конечно, возникает вопрос, а почему я не пробовал сначала проводить этот ритуал, от которого с первого раза никто не умирает, чтобы уже потом, если всё получится, жениться на забеременевшей от меня женщине.

Ирту на всякий случай кивнула снова.

– Я не мог так поступить, потому что, к сожалению, для того, чтобы ритуал сработал, его участники должны состоять в браке, ведь магически удостоверенный брак создает между супругами особую связь, которую ничем другим заменить невозможно. И да, учитывая, сколько женщин умирает каждый год в родах, я не считаю, что делаю что-то ужасное. Так что сегодня мы проведем первый ритуал.

– А если я откажусь? – впервые подала голос Ирту.

– Ты не имеешь права, ведь в договоре, который ты подписала, есть специальный пункт, что ты обязуешься сделать всё возможное, чтобы зачать от меня ребенка, – холодно улыбнулся некромант. – А чтобы ты не создавала лишних проблем, ты выпьешь вот это прямо сейчас.

С этими словами мужчина стремительно метнулся к Ирту и, навалившись на нее всем телом, зажал ей нос и ловко влил в распахнувшийся рот резко пахнущую жидкость.

Больше Ирту ничего не помнила, в себя в её теле пришла уже Ира.

***

«Вот ведь скользкая тварь! – злобно подумала Ира, находящаяся под сильным впечатлением от пережитого почти как наяву фрагмента чужой жизни. – Пока бедная девчонка не оказалась в его полной власти, строил из себя почти приличного человека. А потом, мало того что наложил какое-то заклятье, заставляющее беспрекословно его слушаться, что хоть и мерзко, но является в некотором роде проявлением разумной осторожности с его стороны, так еще и потребовал называть его господином, что уж сделано явно для того, чтобы потешить больное самолюбие.