Покинутый замок

В то же время было в нем что-то диковатое, настороженное, хищное. Точно он был неприрученным зверем.

– Тебя как зовут-то, волчонок?

– Бартоломе Себастьян де Сильва-и-Вальес! – сверкнул глазами мальчишка.

– Ладно, дон Бартоломе, – улыбнулся Карлос, – посмотрим, на что ты способен.

* * *

В тот вечер Карлос дал Бартоломе тупую рапиру и велел:

– Защищайся, как сумеешь.

Бартоломе если и не умел как следует парировать удары, зато быстро соображал, был вертким и ловким.

– А из тебя выйдет толк, – заключил учитель фехтования.

И Бартоломе получил разрешение присутствовать на занятиях. Мальчишка понимал, что его пустили из милости, вел себя тихо и незаметно, немедленно исполнял, если просили принести или унести оружие, и пожирал глазами фехтовальщиков.

В конце концов, Карлос, если не сильно уставал за день, стал уделять внимание и непрошенному ученику. Поначалу урок длился недолго: полчаса или чуть дольше. А потом Карлос и сам не заметил, как эти упражнения сделались ежедневными, а Бартоломе де Сильва стал его самым любимым учеником.

Однажды Карлос застал Бартоломе за чтением книги, о существовании которой сам, признаться, забыл.

У Бартоломе в руках была «Книга Херонимо де Каррансы, рассуждающего о философии оружия и мастерстве владения им, а также о христианской атаке и защите», изданная в 1582 году в городе Санлукар-де-Баррамеда.

– Можно, я возьму почитать?..

– Возьми. Правда, я не думаю, что ты разберешься в этом трактате.

– Я разберусь, – на губах Бартоломе появилась знакомая усмешка, точь-в-точь такая же, как и в первый день знакомства с учителем фехтования.

У Карлоса имелся пяток руководств по фехтованию, но он, признаться, редко в них заглядывал.

Бартоломе прочел все, что смог найти: у Карлоса, в библиотеке или в книжной лавке, благо на книги инквизитор денег не жалел.

Глядя на успехи, которые делает его ученик, Карлос впервые задумался о том, что у него нет сына, некому передать свое дело. Может быть, мальчишку к нему привела сама судьба?.

* * *

…Они сидели за столом напротив друг друга: стройный худощавый юноша и лысоватый мужчина лет пятидесяти.

Бартоломе только сейчас понял, как сильно сдал его учитель за прошедшие семь лет: постарел, осунулся, в глазах появилась усталость. Скоро ему будет не по силам преподавать фехтование.

Бартоломе не решался ему сказать, что пришел проститься.

Карлос заговорил первым:

– Ты был лучшим моим учеником.