Стася. Вторая книга из серии «Принцессы»

А здесь лисица хитро прищурила глаза, словно готовится к прыжку. А вот и волк с ободранным хвостом, который он поджал, видимо, убегая от охотников. Фигурка старца с длинной бородой, казалось, сейчас оживёт и начнёт сказы сказывать, настолько он получился правдоподобным. Рядом со старцем Стася поставила фигурку красавца парня, волнистые локоны словно трепетали на ветру, а рука, крепко сжимавшая меч, вот-вот взлетит, замахиваясь на невидимого врага.

– Какая красота, – благоговейно прошептала Настя.

– Да… – подойдя к приёмной дочери, Марья смахнула непрошенную слезинку со щеки, – твой отец настоящий творец таких вот безделушек, да только сам говорит, что это баловство одно и сокрушается, что не богато мы живём, что нет у нас, как в других домах, достатка.

 – Вздохнув, она засмеялась

– Всё боится, что недостаточно мне внимания уделяет, а мне главное, чтобы он рядом был, а богато мы живём или бедствуем, так это ничего, ведь не голодаем совсем, не бездомные побирушки.

– А… – Стася потянулась рукой к пряди волос, чтобы начать свой излюбленный манёвр с накручиванием локона на палец.

Ледяное тело начало сопротивляться, тогда Стася хитро усмехнулась про себя и представила, как растапливает это тело своим теплом. Лёд стал более податливым, тогда девушка распустила часть косы и начала её теребить. Матушка всё ещё ждала вопроса от приёмной дочери, та, заметив это, спохватилась и произнесла:

– Вы продаёте эти игрушки?

– Продавать? Да, кто их купит-то? – засмеялась Марья, – это же безделица.

– Зря вы смеётесь, – обиделась Стася, забыв проконтролировать ледяную маску, поэтому вышла полуулыбка, вместо надутых от обиды губ.

– Доченька, – мать обняла девушку за плечи, – спасибо, что беспокоишься о нас, но я точно знаю, что эти безделицы никому не будут нужны. Народ только посмеётся таким товарам. – В голосе прозвучала горечь и обида. Наверное, был уже опыт продажи этих самых игрушек, но, скорее всего, неудачный.

– Тогда… – Настя умилительно посмотрела на приёмную мать, – позволь оставить мне несколько игрушек себе, можно не все сегодня отдать детям? – для пущей жалости девушка сложила руки ладошками вместе, словно вот-вот начнёт молиться, и посмотрела на женщину настолько жалобно, что Марья рассмеялась.

– Ах, ты хитрая лиса, – сквозь смех произнесла она. Отец, слышавший весь диалог, подошёл к женщинам.

– Хоть все себе оставь, коли нравятся, – улыбнулся он и обратился к жене: – Я пошёл до леса, принесу воды из ключа.