Ирина. Четвёртая книга из серии «Принцессы»

Тихонько выдохнув, путешественница вспомнила все уроки матери и, улыбнувшись, запела «Аве Марию» Каччини. Чистый голос полился во все стороны, завораживая окружающих своей красотой, мягкостью и нежностью. Он окружал невидимым тёплым пледом, убаюкивал и, отражаясь, казалось, от всех предметов, эхом проносился по округе. Люди как по волшебству перестали разговаривать и вообще что-либо делать, увлекшись божественным пением. Деревня замерла, внимая незнакомому певцу.

Зато во дворце началась суета. Услышав красивую мелодию, все высыпали на улицу в надежде приблизить чудо и, озираясь по сторонам, как завороженные пошли на льющийся медовый голос.

– Отец, – как в тумане прошептал принц. – Боюсь, что соседнее королевство подождёт другого принца, а я должен идти к той, что в данный момент одинока и ждёт меня, – сиганув через перила балкона, юноша спрыгнул с высоты второго этажа на мягкую траву и устремился к голосу, соблазняющему и влекущему его.

– Юлий! – только и успел крикнуть отец вослед сыну. – Вот ведь неугомонное дитя! Как теперь быть с моим другом и его несчастьем? – сокрушаясь, король устало опустился в кресло, стоящее рядом с балконной дверью и, закрыв глаза, как и остальные, увлёкся божественным пением.

Последняя нота, последний звук и, распахнув свои глаза, Иринка увидела совершенно разные лица: кто-то плакал, кто-то блаженно улыбался, а кто-то сидел прямо на гравии, окружив небольшую площадь. «Народу явно прибавилось», – пронеслось у девушки в голове, и тут грянул шквал аплодисментов. В шляпу посыпались медяки, а рядом выстроился небольшой ряд овощей: связка моркови, бумажный пакет с картофелем, три свёклы и довольно крупная репа. Собрав свой доход, Ира поклонилась и, подойдя к цыганке, протянула ей её головной убор.

– Спасибо, – улыбнулась она девушке и направилась обратно в лес.

Завороженная торговка совершенно забыла об обещанном леденце и очнулась только тогда, когда на площадь выбежал принц с криками: «Где она?»

Он метался от одного человека к другому, постоянно повторяя:

– Где чаровница, что сейчас пела? – но народ, очнувшись от прекрасной мелодии, не смог вспомнить, куда именно ушла певица.