Загадать желание

Шаги за спиной услышала слишком поздно. Времени не хватило ни оглянуться, ни убежать. Чья-то рука резко схватила за плечо, развернула.

Незнакомый паренек был одет, как раславский стражник.

– В городе вам нельзя оставаться, – быстро сказал он. – Поскачете в Ручейное. Тамошний трактирщик Силантий – человек надежный. Я сам возил к нему послания от воеводы, – парень повернулся и потащил меня следом за собой, по улице. – Лошадь ждет вон там, за углом.

Ехать одной, неизвестно куда…

– Может, вместе?

Он покачал головой.

– Но… у меня с собой ни вещей, ни денег, – запротестовала я, глядя, на приближающиеся окна гостеприимного домика Арины Павловны.

– Некогда! – отрезал стражник. Снял с пояса кошель, сунул мне в карман. – Буханка хлеба – в сумке у седла. Поторопись!

Он был прав. К сожалению. Я не слышала погони – в ушах шумело от быстрого бега, – но знала, что меня ищут. И не отпустят, пока не заберут Леона. Что с ним будет после этого, и оставят ли нам с Алиной возможность уйти – неизвестно.

Нога уже привычно нашла стремя, я запрыгнула в седло и не успела ни сказать спасибо неожиданному помощнику, ни попрощаться. Парень увесисто шлепнул лошадку по крупу и крикнул вслед:

– Поторопись!

Перед поворотом я все же оглянулась. Темная фигура стояла посреди пустой улицы согнувшись, словно подрубленное дерево, опираясь на тускло блестящую серповидным лезвием алебарду.

Глава 5. Зимние дороги

Снегопад начался еще до рассвета. Мороз, мягкие пушистые хлопья кружатся, медленно опускаются вниз, на земле – сплошное белое покрывало.

Дороги не видно. Лошадка бежит себе вперед, недовольно фыркая, а я уже не пытаюсь подгонять. Мы наверняка сбились с пути, но… куда-то же мы обязательно приедем. Возле Раславы не одно Ручейное – много других сел. Скорее бы только добраться. Вот ведь жалость – такая красота вокруг, а я, вместо того чтобы любоваться, щурюсь и пытаюсь разглядеть сквозь пелену снегопада хотя бы один огонек, хотя бы одно маленькое окошко, в котором горит зажженная свеча.

Время шло. Змеи в моей шапке не шевелились. Подняв воротник, я безнадежно жалела об отсутствии капюшона и то и дело смахивала с лица и ресниц влажные хлопья снега. Вот так Новый Год… Кстати, а ведь местные празднуют начало года весной, а значит сейчас, перед рассветом, все спокойно спят, и наверняка никто не позволил себе такого разгильдяйства, как зажженная лучина или свеча, забытая в горнице на столе.