Контракт на тело

Лаэры предпочитали простор, чистое небо над головой и свежий ветер в лицо. В замкнутом же пространстве чувствовали себя крайне неуютно. Наверное, потому и работали в шахтах лишь люди да малочисленные полукровки, не умеющие толком оборачиваться.

Западный тоннель и вправду находился в куда лучшем состоянии. Под ноги попадалась лишь каменная крошка да небольшие осколки треснувшей породы. Подпирающие свод балки стояли почти неповрежденные. Итару тронул рукой одну, проверяя крепость и надежность конструкции.

– В других ходах использовались такие же опоры?

– Да, итару.

Все балки были привезены одной партией. Это кайширская сосна. Ничего прочнее нее нету.

Ясно, выходит, дело не в слабости конструкции. Да и Теар никогда не жалел денег, если разговор заходил о безопасности рабочих. Тоннели оборудовались по последнему слову техники и лишь самыми надежными материалами. Неужели же землетрясение было такой силы, чтобы свернуть балки и напрочь раскрошить каменную породу? И почему пострадали не все тоннели? Не так уж далеко они расположены друг от друга.

Ход начинал заметно спускаться. И чем ниже – тем все больше разрушений встречалось на пути. Вот уже видны и трещины в темно-буром камне. И балки слегка покосились. Приходилось идти аккуратно, чтобы не задеть ничего ненароком.

– Дальше опасно. – Шедший впереди бригадир остановился, настороженно вглядываясь в темнеющую даль. – Камень лежит ненадежно. Как бы не завалило ненароком.

Теар перехватил фонарь у стоящего рядом горняка.

– Людям оставаться здесь.

Лаэры, за мной! Пройдем еще немного.

Бригадир попытался было отговорить итару. Но тот решил твердо.

Ход здесь был шире, чем в предыдущем тоннеле. В крайнем случае при быстроте и силе лаэра можно убежать. А вот у людей реакция не та. Им действительно лучше не соваться, от греха подальше…

– Возвращайтесь к развилке, – велел глава рода и, махнув собратьям, первым пошел вперед.

Теперь под землей стало куда тише. Лаэры двигались намного аккуратнее людей. За их неслышными шагами можно было различить другие, прежде недоступные слуху звуки.

Далекий стук упавшего камушка, тонкое журчание подземного родника, натужный скрип покосившихся балок, которые, кажется, держались лишь на чистом упрямстве. Но эти знакомые звуки мало интересовали итару. Его беспокоили странные мерные удары на грани слышимости, доносящиеся глубоко из-под земли.

– Стой! – Теар поднял руку, призывая свой маленький отряд замереть. – Слышите?

– Родник журчит.