Дарственная на любовь

Он швырнул мне платье и, сложив руки на груди, выжидающе прислонился плечом к стенке шкафа.

– Я жду, Мел. Не заставляй меня повторять дважды.

Опять он за свое… Только и умеет, что приказывать!

– Может, для начала объяснишь, куда мы собираемся?

– Мы поедем к пику Хэджи, – бесстрастно ответил итару, а у меня беспокойно застучало сердце.

– Зачем?

– Я хочу проверить состояние защитного купола. А тебе не помешает… увидеть все своими глазами.

– Я если я не поеду?! – Теперь настала моя очередь упрямо скрещивать руки на груди.

Теар недовольно скривился.

– Я не хочу заставлять тебя Мел, но ты не оставляешь мне выбора…

Шаг, второй. Легкий поворот кисти. И злосчастные невидимые путы сковали тело по рукам и ногам, превращая меня в безвольную куклу.

– И в кого ты такая упрямая, а, Мел? – Вопрос Лунного явно был риторическим, а посему отвечать я не стала. Лишь, скрипя зубами, наблюдала, как Теар стаскивает с меня одеяло, ощупывает потемневшим взглядом мое полуобнаженное тело.

Теплая ладонь прошлась вверх по ноге, длинные пальцы скользнули за край сорочки.

– Смотрю, ты здорово управляешься с женскими нарядами, – не удержалась я от колкости. – Может, наймешься ко мне в прислуги?

Теар резко дернул шнуровку, и я охнула. Весь воздух разом выбило из легких, и шутить мне расхотелось. Зато ругаться захотелось вдвое сильнее.

Хорошо, что перегибать палку Лунный не стал и ослабил шнуровку, позволяя нормально дышать.

– Пойдешь сама? Или предпочитаешь, чтобы весь двор пялился на то, как я тащу тебя на руках? – Лунный угрожающе шагнул навстречу, а я отшатнулась.

Вот еще!

Я, может, и упрямая, но отнюдь не дура, чтобы в первый же день во дворце создавать себе подобную сомнительную репутацию. Уж если поездки все равно не избежать, то лучше я пойду на эшафот своими ногами…

– Пойду, – ответила я от безысходности и почувствовала, как растворились невидимые путы.

В завершение Теар порылся в шкафу и вытащил теплую шерстяную шаль:

– Возьми, пригодится, – сказал Лунный и, ухватив меня под локоть, потащил прочь из покоев.

* * *

Издалека темная земля казалась неуместным пластом чернозема посреди каменного плоскогорья. Вблизи же оказалась черной золой, покрывалом укрывшей выжженную землю.