Дарственная на любовь

Да и камень – это лишь полбеды. Чтобы заново провести ритуал, нам нужен представитель первой ветви Огненных, прямой носитель крови итару, иначе артефакт попросту не станет подчиняться. Ты и сам это знаешь…

– А что Трез?

– Догадайся! – И вновь – нервный смешок, ясно свидетельствующий о том, что ситуация сложилась хуже некуда. – Как сквозь землю провалился! Впрочем, как и Ойнэ. Не удивлюсь, если папаша с сынком заодно.

– Проклятье!

Выходит, дела совсем плохи. Защитный барьер долго не продержится.

И если не провести ритуал, древний демон возьмет вверх. И одному Эхжи известно, во что тогда превратится Долина.

Демон зол. В нем пылает ярость и жажда мщения за все долгие годы заточения. Теар почувствовал эту ярость еще тогда, на пике, когда из расщелины поднимались столпы пламени и дрожала земля под ногами. А от стоявшего вокруг жара плавилась одежда, вздувалась пузырями кожа на оголенных кистях. Иначе, чем адским пеклом, это нельзя было назвать. И стоит демону оказаться на поверхности, как все, чего он коснется, превратится в пылающий факел.

А после останется лишь пепел и остовы обгоревших домов и деревьев, как в той предгорной деревеньке. А может, и того хуже…

– Ойнэ все предусмотрел. И, кажется, не оставил нам выхода. Да и время не на нашей стороне. – Золотой запустил руку в волосы и устало склонился над столом.

В его позе и угрюмом выражении лица сквозили отчаяние и безнадежность. А Теар поймал себя на мысли, что никогда прежде не видел правителя в таком состоянии.

Альтар всегда находил выход, всегда имел запасной план. Что же теперь с ним стало?

– Ума не приложу, где нам отыскать Огненного из первой ветви, да еще верного короне, а не ублюдку Ойнэ. – выплюнул король и с силой стукнул кулаком по столу.

Теар понимал его чувства. Он бы и сам с радостью свернул шею Огненному. Но планы мести подождут, а вот разлом ждать не станет. И на этот счет у Лунного была только одна идея, один-единственный козырь, загодя припасенный в рукаве.

– Есть кое-кто. Кандидатура не очень подходящая, но…

– Кто? – мгновенно вскинулся Золотой.

– Женщина. Полукровка. Незаконнорожденная дочь Айте Огненного.

* * *

Утка взлетела в небо, и тут же пространство прорезал звук спущенного болта. Я вздрогнула и интуитивно пригнулась, а сидевший в соседних кустах Харт весело рассмеялся:

– Что ж ты пугливая такая?

– Попал? – спросила я, поднимаясь и с интересом оглядываясь по сторонам.