Явь

Ей практически удалось стереть воспоминания о родном отце, но в семнадцать лет нечаянно наткнулась в книжном магазине на его труды. Прочитав их, а потом и все статьи, решила найти больше информации о его жизни.

Расспрашивать мать о проблемах в семье оказалось бессмысленно. Не получив ответов, Лера решила навести справки в больнице, где лежал отец. Там стало известно, что его лечащий врач давно ушел на пенсию и на тот момент проживал в Латвии. Лера недолго думая взяла билеты на поезд и поехала в маленький городок Прейли.

Она до сих пор помнила тот дом в золотых лучах заката, пса, мирно спавшего неподалеку, и стаю птиц, кружившихся над ее головой. Врач сидел в беседке и с удивлением смотрел на нее выцветшими голубыми глазами.

– Вы русская?

– Да, я из Москвы.

– Что вам нужно?

– Вы лечили моего отца. – Лера протянула фотографию и выписку из больницы.

– Помню. Паранойя.

– Все верно. Я приехала специально, чтобы расспросить о нем и его болезни.

– В малых дозах для творческих людей эта болезнь даже полезна.

Одержимость идеей, страсть к своему делу. Этот безумный блеск в глазах.

– Да, я тоже помню этот взгляд. Вы что-нибудь можете рассказать о том романе, который он писал?

– Ах да, книга. Он ее завершил перед тем, как покончить с собой.

– Самоубийство? – У Леры подкосились ноги.

– А вы не знали, как он умер? Стащил ручку у нашего практиканта и всадил ее себе в горло.

– Извините… – Ей стало дурно, а пестрые краски осеннего сада слились и завертелись как в калейдоскопе.

Она еле собралась с мыслями и продолжила: – Я хотела спросить, куда делась та рукопись, что он писал?

– Хм, вообще, любые записи пациентов мы подробно изучаем и храним до окончания лечения. Но в этом случае произошла странность.

– Странность?

– Рукопись исчезла. Кроме первой страницы. Она выпала, и я машинально положил ее к себе в ящик.

– И что там было?

– Рисунок. Двухэтажный дом с заколоченными ставнями на первом этаже и деревянной лестницей снаружи, ведущей на второй этаж.

Мрачное местечко, как раз подходило для его персонажа.

– А вы помните, о чем он писал книгу?

– Конечно. Несмотря на безумие вашего отца, идея романа пришлась мне по душе. Главный герой не мог отличить реальность от сна. Каждую минуту он должен был проверять то, что происходило с ним, и подвергать все сомнению. Ваш отец вжился в эту роль и перестал адекватно воспринимать реальность.

– А при чем тут дом на первой странице?

– Я не знаю.