Лисёнок и прочие неприятности бандита

Вот и…

– Алиса!!!

– Лисёнок…

– Папочка? – изумлённый ультразвук Ирки заставил нас всех поморщиться.

– Миш, надо поговорить, – первым отмер Василий, положив руку на плечо отцу. – И лучше наедине.

– Как ты её назвал?.. – прошептал отец, с каким-то священным ужасом смотря на Василия.

– Лисёнком, папочка, – повторила я.

– Но… – папа крутил головой, переводя растерянным взгляд с меня на Василия, но позволяя увести себя с кухни.

Оставаться наедине с Иркой у меня не было никакого желания.

Ни кофе мне, ни оголодавшего Василия, ни столешницы…

– Что значит, папочка?! – стоило мужчинам уйти, как завизжала на меня Ирка.

– Облом, – пожала я плечами.

– Что?..

– Козла, говорю, мне кормить нужно, – отмахнулась я от неё, направившись в сторону выхода. – А тебе собирать вещи.

Глава 34

Дубинин Василий

Оставлять Годзиллу с блондинистой в одном помещении было страшно, но откладывать разговор с Пупковым еще страшней.

– Да ты садись, – я закрываю дверь в комнату и подталкиваю его к старому дивану.

Миха крутил головой, осматривался. Я не нашел лучшего места для разговора, чем подсобную комнату. Здесь нам не помешают. Тут тетя Таня складировала закрутки, овощи, банки пустые, а я закидывал хлам, который выкинуть жалко, а на видное место позорно ставить. Вот как этот диван, кресло и тумбочку.

– Слушай!.. – довольно нагло сказал Пупков.

– Я все объясню, – перебил я. – Ты же кофе не успел выпить?..

– Да как-то я малость подохренел…

– Да и я тоже. Сейчас, Миш. Сейчас. Тут без ста граммов не разобраться.

Товарищ согласно кивнул, растирая ладонями лицо, потом перешел на рыжую голову с уже заметной проплешиной и взъерошил остатки волос.

– Я даже не знаю за что тебе бить морду, – хмыкнул он.

– Ну, если по чесноку, то и у меня есть повод ответить.

– Согласен. Но у меня больше.

– И я согласен… О, – я наконец нашел взглядом бутылки с домашним вином. Тетя Таня молодец, хорошо припрятала. – Это тебе, – протянул полуторалитровую тару. – А это мне, – достал вторую такую же. – Пей. Так разговор пойдет легче. Ну или все закончится поножовщиной, – процедил я сквозь зубы, улыбаясь своему будущему тестю. Сам подумал и сам же обалдел. Я Миху Пупкова тестем назвал… Ой, жесть. Давно я в такой жопе не был.