Русский двор в Хорсенсе

С принцем ехал и его новый паж барон Карл Иеронимус фон Мюнхгаузен, впоследствии рассказчик тех самых веселых неправдоподобных историй, которые вот уже третий век смешат детей и взрослых во всех странах мира. Восемнадцатилетний юноша прибыл в Россию вместе с другим пажом, фон Хоимом; они сменили двух пажей Антона Ульриха, умерших от ран при штурме Очакова.

Антон Ульрих, уже получивший в прошлогоднем походе боевой опыт, командовал теперь отрядом из трех полков.

Поход 1738 г. был особенно тяжелым и не принес ожидаемых результатов.

Русская армия передвигалась по левому берегу Днестра. Татарская конница не ввязывалась в длительное сражение, которое планировал Миних, а наносила удары с флангов и с тыла, постоянно грозя отрезать обозы.

В бою близ реки Билочь 23 июля полки Антона Ульриха прикрывали правый фланг русской артиллерии, не успевавшей занять боевую позицию. Именно сюда был направлен главный удар турецкой конницы. Отряд принца отразил ее атаку, затем в дело вступили пушки и враг был, по словам Миниха, «яко мякина от ветра развеян».

Спустя несколько дней полки принца прикрывали арьергард армии во время ее переправы через Билочь. Из эпизодов, о которых докладывал Миних, видна личная храбрость Антона Ульриха.

В одном из писем принц описывает одну из контратак русской армии. Письмо заканчивается его постскриптумом с очень интимными нотами: «Противник нами разбит, но чувствую более досаду и усталость, чем радость, и это было бы мне совсем невыносимо, ежели бы я не думал о том и не утешался тем, что все бури выстоял и выстою ради благосклонности совершенной и добродетельной принцессы».

Однако никакой благосклонности принцессы – добродетельной или уже нет после ее скандального увлечения саксонским посланником графом Морицем Линаром – даже на восьмом году пребывания Антона Ульриха в России не наблюдалось.

В феврале же 1739 г. наконец выяснилось, что все это время являлось препятствием. Это была позиция Бирона. Проявляя на словах благосклонность к принцу, с удовольствием принимая его подарки – дорогих породистых лошадей, похлопывая его по плечу, обнадеживая его через Остермана и других своих доверенных лиц, Бирон на самом деле все эти годы вынашивал свой личный план: женить своего сына Петра на Анне Леопольдовне.

Сознавая пикантность ситуации и возможность недовольства Антона Ульриха, он предлагал "подсластить" эту пилюлю, выдав замуж свою дочь Гедвигу Елизавету за кого-нибудь из его младших братьев.