Жемчужная принцесса, рубиновый король

«Потом объясню», – отмахнулась я от нее, так в этот момент Ранмар взял меня за руку и принялся нежно поглаживать пальцы. Вот черт!

– Линэль, – он развернулся, и мы едва не столкнулись друг с другом.

Я нервно оглянулась в поисках его свиты, но тех нигде не было видно. Зато мы почти подплыли к дворцу, и сейчас, похоже, находились с противоположной от парадного входа стороны. И, главное, вокруг ни души.

– Линэль, – повторил Ранмар с неким придыханием. – Послезавтра ты покинешь море, и мы долго не сможем видеться.

«Линэль! – призвала я на помощь принцессу. – Что мне ему ответить? Как отвязаться?»

«Ты как будто первый раз с мужчиной общаешься», – хохотнула та.

«Слушай, прекрати ерничать! Я ведь даже не знаю, какие у вас с этим Ранмаром отношения и хочешь ли ты их сохранить! Может, у вас любовь до гроба, а я его сейчас отошью в грубой форме».

«Да там только с его стороны любовь, – зевнула Линэль. – А я так, развлекаюсь. Он же за мной с детства волочится, росли мы вместе. Ранмар надеется, что папаша разрешит ему на мне жениться, поэтому и выслуживается так перед ним. Но я-то знаю, что ничего у него выйдет».

– Почему ты молчишь? – Ранмар между тем придвинулся еще ближе и попытался заглянуть мне в глаза. – Линэль… Я оплатил один из гротов Уединения на завтрашний вечер.

«Нет, ну какой наглец! – со смехом возмутилась принцесса.

Ох, похоже, «гроты Уединения» – это что-то вроде отеля для влюбленных парочек. Только любопытно: они наземные или подводные?

Но додумать эту мысль я не успела, так как оказалась зажата в тиски мужских объятий, а губы тритона бесцеремонно впились в мои. Я так опешила, что не сразу стала вырываться, когда же мне это удалось, со всей силы хлестнула Ранмара по щеке.

– Никаких гротов Уединения! – процедила со злостью. – И больше не смей ко мне приближаться!

Я, больше не удостоив капитана и взглядом, поплыла в сторону дворца. В голове же у меня звучал веселый смех Линэль.

«А ты такая недотрога, оказывается, – хохотала она. – Поцеловаться-то уж могла бы! Сейчас Ранмар будет думать, за что получил по роже».

«Ты противоречишь сама себе, – я вся полыхала гневом.