Незваная невеста

– Но ребенок же хочет есть! – отчаянно воскликнула я. – Разве не жестоко заставлять его голодать из-за каких-то предрассудков и предубеждений?

– Тише, – шикнула на меня Вирга. – Чего раскричалась? И почему ты решила, что нирина у тебя грудь возьмет?

– Но можно ведь попробовать… – я проникновенно посмотрела на нее.

– А и правду, Вирга, – зашептала девушка. – Пусть попробует. Выбора у нас все равно нет. И сил тоже нет. А если нирина-ган ее примет, то мы просто никому не скажем…

– Слушайте, но неужели вашему ноэр-гану правила важнее жизни дочери? – уже более возмущенно спросила я.

Мало того, как он поступил со мной, так еще и над дочкой издевается!

Вирга начала нервно кусать себе губы, раздумывая, а после махнула рукой:

– Ладно, идем. Попробуем, варшан с тобой… У самой сердце неспокойно из-за нирины-ган, тяжело выносить ее плач…

Вирга шла медленно, чуть подхрамывая, и я с трудом сдерживалась, чтобы не обогнать ее. Длинные коридоры, лестницы – я даже не смотрела по сторонам, ничего не замечала, все мысли были только о дочке, а сердце бешено стучало в предвкушении долгожданной встречи.

– Главное, чтобы тебя никто не заметил, – ворчала Вирга, постоянно оглядываясь.

– Я пойду вперед, проверю, чтобы никого не было, – предложила Тина и сразу ускорила шаг, удаляясь от нас.

– Вы боитесь, чтобы ноэр-ган меня не увидел? – мой вопрос против воли прозвучал язвительно, но Вирга, если и заметила это, то не подала вида.

– Ноэр-ган здесь не бывает, а вот тех, кто может ему донести о посторонних в покоях нирины, можно и повстречать ненароком, – ответила она

– А где мама девочки? – спросила я осторожно.

– Нет у нее матери, – резко отозвалась Вирга.

– Умерла?

– Нет, живет далеко.

– Как так? – я очень старалась, чтобы в этот момент мой голос не дрожал.

– Сложно объяснить. И долго. Нирина-ган – не просто дочь правителя, она наше спасение, наш оберг… Рождена от иномирянки, как того велят Огненные писания.

– Действительно, сложно… – отозвалась я тихо.

Но тут услышала детский плач, и сердце сжалось от боли и радости одновременно. А следом появилась Тина и со словами:

– Все спокойно, – приоткрыла одну из дверей и жестом поманила за собой.

Я вошла в комнату – и забыла обо всем на свете. Подбежала к детской кроватке и взяла дочку на руки, прижала к себе, стараясь не заплакать от переизбытка нахлынувших чувств.