Златокрылая Камелия

Переодевшись в более строгое темное платье, вхожу в небольшую залу, погруженную в вечерний сумрак. В пустой комнате Люсьен как раз осторожно зажигает свечи на маленьком столе. Невольно улыбаюсь и прикрываю за собой дверь.

– Простите, госпожа, я уже ухожу, – засуетился слуга, заметив мое присутствие.

– Не нужно, останься, – мягко останавливаю его я. – Ты единственный в этом доме не раздражаешь меня.

– Тогда, если позволите, я позабочусь о вас, – улыбается Люсьен, отодвигая стул.

– Конечно, – улыбаюсь в ответ и приближаюсь к столу.

Касаюсь его плеча и легко сжимаю, будто благословляю в путь. Хочется как-то поддержать, подбодрить, но слов нет.

Сажусь на стул и наблюдаю. Слуга опускает на мои колени салфетку, неспешно раскладывает приборы, приносит блюда, расставляет, открывает крышку. Протягиваю руку к столу, но он тут же перехватывает ее.

– Госпожа, вы так напряжены в последнее время, ваши пальцы дрожат, – негромко замечает Люсьен над моим ухом.

– Что ты предлагаешь?

– Позвольте мне… самому покормить вас, – буквально шепчет он.

Опускаю взгляд. Хоть это и шепот, я прекрасно слышу боль. Мысли о приближающемся расставании так терзают его, а я не ощущаю в себе достаточно сил, чтобы помочь ему.

– Тебе тоже нравится обращаться со мной, как с куклой? – без упрека спрашиваю, глядя на него.

– Вовсе нет, не подумайте, просто в эти дни, мне очень хотелось бы… быть ближе к вам и подарить как можно больше… заботы, понимаете?

Люсьен смотрит на меня чуть ли не со слезами на глазах.

Старательно подбирает слова, чтобы не выйти за рамки правил, хотя знает, что я не стану злиться. Вот же. Раньше воспринимала все, как данность. Слепо надеялась, что мы сможем быть рядом вечно. Как же быстро летит время.

– Я буду очень рада, если смогу скрасить для тебя эти дни, – улыбаюсь через силу.

– Вы слишком добры ко мне, госпожа, – кивает слуга и выходит из-за моей спины.

Он подворачивает рукава, берет вилку и нож и тонко нарезает сочный кусок мяса. Его движения всегда такие ловкие и осторожные, за ними приятно наблюдать.

– Вот, откройте рот, пожалуйста, – вежливо приказывает Люсьен, заставляя меня улыбнуться. Почему-то я уверена, что он был бы ласковым господином.

Придерживаю волосы, медленно открываю рот и беру кусок с вилки. Хоть времени осталось мало, торопиться сейчас ни к чему.

– Я так рад, что вы, наконец, распустили волосы, – замечает он, пока я пережевываю.

– Ты ведь и так видишь меня с распущенными волосами перед сном.