Домашняя девочка

Может внешность и не супермодели, но фигура хорошая, да и по общению приятная, где же подстава? Девушка завозилась, вылезая из-под кресла, я вернул паспорт на место. Она вернула мне телефон с победным видом и снова замахала на меня своим йодным маркером. Я поддался, но на этот раз убрал телефон в карман.

Девушка забралась на меня, схватила за голову и начала увлеченно орудовать стиком. Ее юбка задралась, обнажая бедра, а сквозь почти прозрачную блузку отчетливо была видна красивая грудь в простом лифчике. Я почти простил ее за то, что намочила мои брюки.

– Больно, – не выдержал я, останавливая ее руку. Несмотря на все уверения, йод жег безбожно. Хотя, возможно, дело в ране. Девушка смотрела на меня удивленно, как на таракана, неожиданно упавшего на стол. Я с удивлением отметил ее тонкую талию, за которую снова схватился.

– Придется потерпеть, если жизнь дорога, – выдала она, пытаясь высвободить запястье. Я разжал пальцы, позволяя ей продолжить пытки. Если бы не йод, эта сцена могла бы выглядеть сексуально.

– Кошки, а что? – напрягся я, ожидая нового витка пыток.

– Хорошо, потому что у меня пластыри только с котятами, – улыбнулась она, доставая из сумки разноцветную упаковку с мультяшными мордочками.

– Это обязательно? – с тоской поинтересовался я, не особо надеясь на благоприятный исход.

– Конечно, то, что я продезинфицировала рану не значит, что она защищена от внешнего мира! – возмутилась моей неосведомленности девушка, ловко наклеивая детский пластырь на мою щеку.

Машина остановилась, нас снова тряхнуло. Я смог избежать столкновения лбами, вместо меня девушка ударилась в мягкую обивку кресла. Ее мокрая рубашка тут же прилипла к ладоням и намочила пиджак. Здорово прокатился под дождем и не промок.

– Я пойду, простите, – внезапно смутилась девушка, выскальзывая из моих объятий. Я выдохнул, подхватил зонт и вышел из машины.

– Вас проводить? – предложил я, наблюдая за тем, как она старается преодолеть лужу между машиной и бордюром.

– Ой, спасибо, – улыбнулась она, бессовестно кидаясь обратно в мои объятья, точнее под зонт.

Оправдывался ли я? Да. Оправданий в голове возникали сотни. Стена дождя, темнота, безлюдная улица, расположение. Но причины быстро сливались в единый шум, сквозь который я шел.

Шел по улице с кем-то. Открыто и без страха.