Эмоции холода

За ее неразглашение нам пришлось поставить отпечаток пальца! Но что он делает с этой странной девицей?

– Пошли с нами, Эрад, – без какого-либо предисловия начала Карин, буквально набрасываясь на него, – Мы покажем тебе то, ради чего ты пришел!

Эрудиту такой панибратский тон явно не понравился, но он, лишь слегка поморщив нос, обратился к странной девушке:

– Ты не хотела бы пойти дальше? Там еще много… – но договорить он не успел: она жестом его остановила.

– Я уже нашла.

– Ее? – пристальный взгляд фиолетовых глаз прошелся по мне, а потом переключился на стол с панелью и око.

 – Как я понимаю, у меня нет смысла спрашивать почему, поскольку твои доводы как всегда окажутся сверхлогичными. Но все же спрошу у тебя кое-что. – Он на секунду оторвался от стола, глянул на меня, а потом полностью переключился на девушку, будто пытался объяснить маленькому ребенку, почему нельзя совать голову в атомный реактор. – А ты ее спрашивала?

Она удивленно уставилась на меня, словно впервые увидела.

В это время пикси, разозленные из-за их полного игнорирования, шепнули что-то своим Механикам, после чего все странным образом распределились: один встал около меня, второй рядом с Эрудитом; Карин и Сарин вплотную подошли к моему столу.

– Очень глупо, Эрад, игнорировать нас! Если ты хотел приобрести что-то у этой бесталанной, то можешь попрощаться с этим!

И Сарин резким движением схватила мое око. В тот же момент я кинулась с места, но меня перехватил Толи; Эрудита же перекрыл второй Механик.

У меня была паника. Это же мой ребенок! Мой Крю сейчас был в оке! Как они посмели до него дотрагиваться?! От мысли об их намерениях у меня болезненно сжалось сердце.

– Пусть же эта пустышка отправится в забытье! – пикси замахнулась и попыталась со всего размаху впечатать око в мраморный пол. «Попыталась» – потому что реакция незнакомой мне девушки была просто потрясающей: она выхватила шар прямо из замаха (с ее ростом это не составляло проблем) в одном прыжке и, аккуратно поднеся око к лицу, заговорила:

– С тобой все в порядке? Все проводочки на месте? – и столько участия в голосе, словно с живым человеком общалась.

– Спасибо, все хорошо! Пожалуйста, помогите Гелле! – ответило око. Моя программа была уникальной именно поэтому: она могла точно определить степень опасности по лицам и интонациям (и это при том, что сейчас в ней стояли совершенно примитивные детали). Такой анализ не мог сделать ни один компьютер.